Курсант: Назад в СССР 13

Благо муж начальник, отпустил… Ха!

— Ага, погуляли, что надо… Чай буду. Лене привет. Я что пришёл-то. Дело есть…

— Дело? — Мытько достал из шкафа бутылку коньяка, а вместо бокалов две фарфоровые кружки с медвежонком.

— Алексеич… Так это… — я посмотрел, как он разливает алкоголь. — Это не чай, вроде… Ты ничего не спутал?

— Чай из вежливости предлагают, — хитро улыбнулся заведующий, — а это — из уважения.

Он посмотрел на наручную «Волну»:

— Скоро обед, можем посидеть все обсудить. Тут недалеко отличная пельменная есть.

Не ресторан, конечно, но днем лучше не сыщешь.

— Да, честно говоря, мне-то нужен твой Пяткин.

— Почему студент? Он в штате вроде… На происшествие самостоятельно выезжал в качестве специалиста. Разве не так?

— Да прозвище у него такое, — поморщился Павел Алексеевич. — Работает без году неделя, а всех учить пытается, умными фразами из учебников разбрасывается. А у нас тут не ВУЗ, у нас работа… Теория — это хорошо, но опыт важнее… Эксперт не тот, кто зубрил, а кто через себя все пропустил.

Мытько нахохлился и стал мне напоминать прежнего себя — до того, как мы с ним могли бы вот так накоротке чаи покрепче распивать. Да ещё и добавил:

— А чего Феликс натворил-то?

И отпил из кружки коньяк, взглядом показывая, чтобы я тоже угощался. Я взял кружку и пригубил.

— Ничего не натворил, он выезжал в гостиницу «Октябрь» на осмотр, там труп интересный, без видимых признаков насильственной смерти, вот я и хотел результаты вскрытия узнать.

— А-а! Ясно… Там мы свадьбу же и гуляли твою. — Мытько полистал журнал регистрации материалов, поступивших на экспертизу. — Погибший гражданин Сергиенко?

— Наверное, — пожал я плечами. Гоша Индия редко называл имена и фамилии. — Прозвище Серый.

— Ну да, он самый… По обстоятельствам дела обнаружен в номере двести пять. Я тебе и без Студента скажу, что пока ничего не ясно…

Мытько вздохнул, но тянуть кота за хвост не стал.

— Случай сложный, пришлось мне вникать.

Вроде, явных признаков насильственной смерти не обнаружено, но при вскрытии выявлена картина, характерная для смерти от асфиксии, от удушья, то есть, — пояснил он привычно, а потом глянул на меня — мол, да ты и так всё знаешь. — В частности, вишнево-красный цвет трупных пятен, ушных раковин, губ, лица. Такой же оттенок имеют и внутренние органы. Там еще есть ряд признаков, но не буду тебя грузить терминологией.