Курсант: Назад в СССР 13

Я сдвинул засов и открыл дверь, передо мной стоял молодой прыщавый сержант. Поверх кителя портупея с планшеткой, кобура с ПМ-мом. В общем, наряд патрульного. В машине я разглядел его старшего. Лица не видно, но по силуэту — широк в плечах и морде. Вылезать из машины он не захотел, не по чину, видать.

— Сержант милиции Метелкин, — представился постовой. — Это ваш гараж?

— Конечно, — кивнул я, но светить ксивой пока не спешил, нужно узнать, что привело канареечный УАЗик в столь безлюдное место и что им понадобилось от Гошиного гаража.

— Андрюха! — из машины, сверкая майорскими звездами, веселым и могучим колобком вывалился старший участковый Осинкин собственной персоной.

— Ого! Дядя Петя! — оставив сержанта с раскрытым ртом, я двинулся навстречу старому приятелю и коллеге. — Ты что это? Целый майор, а на патрульке раскатываешь? Тебя разжаловали из участковых? Теперь в наряды ходишь?

— Да если бы… — отмахнулся Осинкин. — С удовольствием бы поменял лямку «урядника» на ППС.

У нас рейд… Наркоманов, Андрюш, ловим.

— Каких наркоманов? — улыбался я. — Нет же у нас наркомании.

— Это в газетах, новостях и телепередачах нет, — подмигнул Осинкин, поправляя сбившуюся фуражку и подтягивая чуть сползшие под брюшком форменные штаны. — А в Новоульяновске повадились черти коноплю варить в ацетоне. Все бы ничего, травокуры — они тихие, сырье сами добывают, на пустырях взращенное, да только участились случаи поножовщины среди любителей шалы, будь она неладна.

Как накурятся, так за ножи хватаются. А это статистику нам портит, сам понимаешь, хулинганка и вред здоровью глухарями висят. Они же, стеревецы, ещё и не выдают друг друга. Мол, шел, упал, очнулся — гипс. И так три раза на ножик падал.

Я закивал. Дуриков жалко, но и неясно, как всё это пресечь.

— Ясно… А в гаражи-то вас как занесло?

— Так они в гаражах и повадились вариться, — Осинкин повернулся к сержанту и крикнул: — Метелкин, как там это шайтан-зелье по-умному называется, что они готовят?

— Гашишное масло, товарищ майор, — ответил сержант.

— А в простонародье — химка называется.

— Точно, химка, — удовлетворенно закивал Осинкин. — Химия, значица. Ацетоном им в бошку ударяет, вот они и дерутся меж собой. Намешают всякого — неслабый, видно, эффект выходит. Лучше бы водку пили, чесслово…

Химку можно делать и на спирту, как потом будут говорить — экологичнее получится продукт, но вслух я своими познаниями не стал блистать.