Курсант (СИ)

А мы поспособствовали передаче предприятия не столичной, а череповецкой ветви Рарогов. И послали лесом всех «прилипал».

На этом обсуждение причин, испортивших мне настроение еще вечером, было закончено, и Волконский, удовлетворенно хмыкнув, перешел к делу:

Почувствовав, что мое сопротивление сломлено, самодержец свернул голограмму, откинулся на спинку кресла, опустил руки на подлокотники и неожиданно сменил тему разговора:

— Очередной честно заслуженный орден я вручу вам в воскресенье. На автодроме, куда прилечу хоть немного развеяться и отдохнуть от постоянного напряжения.

А сейчас хочу обсудить вопрос целесообразности использования двойников. Да-да, вы не ослышались, именно целесообразности: по уверениям моих аналитиков, до четырнадцатого мая вероятность переключить фокус внимания с вас и Валентины Петровны на двух «подставных» Архимагов составляла порядка восьмидесяти семи процентов. А потом вы и ваша команда закрыли портал на «Княжьем Подворье», очень серьезно повоевали в этом дворце и взяли группу диверсантов в коммуникациях под Летним, что, по ряду причин, уронило шанс реализовать эти планы до смешных семнадцати целых и трех десятых процента. Впрочем, не все так плохо, как кажется на первый взгляд: феноменальная скорость вашего развития вкупе с некоторыми его особенностями открывает очень неплохую альтернативу…

Тут я мысленно хохотнул, и государыня, уловив этот всплеск эмоций, потребовала колоться.

Я не стал строить из себя честную девочку и рассказал о конфликте с мордатым Земляком.

Пока объяснял причину, заставившую выйти из себя, Волконский наливался дурной кровью и играл желваками. Потом влез в архив видеозаписей камер системы контроля и наблюдения Флигеля Мятущихся Душ, нашел нужную папку, послушал мою «беседу» с Азатом Каримовичем и так громко скрипнул зубами, что я испугался за сохранность их эмали.

— Ярослав, мы еще не закончили! — напомнила Мирослава Михайловна, а через мгновение добавила в голос закаленной стали: — Возьми себя в руки и отложи решение этой проблемы на полчаса — Зарипов никуда не убежит, а ты успеешь принять взвешенное решение!

Эти аргументы помогли — государь, порывавшийся подняться с кресла, остался на месте, унял свой гнев и поймал мой взгляд:

…Несмотря на желание наказать «величайшего гения», Ярослав Третий уделил нам ровно столько времени, сколько потребовало решение нескольких по-настоящему важных проблем команды.