Курсант (СИ)

А после того, как вояки отработали свой хлеб, и на трапе борта номер один появился Ярослав Третий, затянутый в новенький гоночный комбез и со шлемом в левой руке, невесть в который раз за утро поймал себя на мысли, что не понимаю, почему государь и государыня не переиграли свои планы на воскресенье.

Через несколько мгновений ситуация стала еще непонятнее: следом за Императором на бетонку спустились его супруга и наследник, прикинутые в том же стиле. А по трапу второго вертолета сошли Мирослава Михайловна, Валентина Алексеевна, Наиля Каримовна, Анечка, она же Татьяна Федоровна Одинцова, и еще две незнакомые особы «лет двадцати пяти» с аурами пятых-шестых ступеней ранга мастер! Правда, три последние дамочки оказались облачены в «обычную» гражданку и сходу скромненько отошли в сторонку.

Так что нас «атаковало» всего шесть человек, пребывавших в прекраснейшем настроении.

Как обычно, солировал Ярослав Георгиевич при поддержке матушки, а все остальные, включая мою «прабабку», в основном, изображали статистов.

Но воистину сумасшедшим предвкушением шибало от всех, поэтому я сразу же подобрался и все время взаимных представлений, обмена «стандартными» любезностями и обсуждения не по-весеннему хорошей погоды пребывал в нешуточном напряжении. Почему? Да потому, что в свое время досыта наелся «радостью общения» с Вячеславом Георгиевичем Волконским, не забыл, чего добивался его сын Павел Вячеславович, прекрасно помнил все, что натворил Иван Георгиевич, и не горел желанием наводить хоть какие-либо мосты ни с Яромиром Ярославовичем,

ни с Ульяной Тихоновной.

Слава богу, закончив с «обязательной программой», государь приступил к «вольным упражнениям» и за считанные мгновения снял с моей души самый тяжелый камень:

— Раиса Александровна, ваши новые ученики готовы к занятию. Так что командуйте. Всеми, кроме меня — я подъеду в боксы через четверть часа. После того, как пообщаюсь с Лютобором Игоревичем тет-а-тет…

…Я почему-то решил, что для разговора тет-а-тет Император выберет мою машину.

Однако стоило Суккубе повести «учеников» к башенке лифта, как Ярослав Георгиевич пригласил меня в свой вертолет. А там отправил в ближайшее кресло, собственноручно ткнул в сенсор подъема двери-трапа, прошел к роскошному дивану, сел, опустил шлем на левое бедро и поймал мой взгляд:

Вступление особо не затягивал — коротко, но достаточно информативно описал суть проблемы и возможности своих телохранителей, а затем попросил содействия в их усилении.