Курсант (СИ)

А вот глушение средств связи вышло боком уже минуте на четвертой — первое отделение первой роты, взявшее на себя роль головного дозора, завело нас в засаду, скрытую под высокоранговыми иллюзиями.

Мгновением позже из той же комнаты вылетело сразу несколько гранат, но воткнулось в каменную стену, выставленную Раисой Александровной, и вернулось к хозяевам.

Мы тоже вернулись. Обратно к матушке. Так как услышали ее команду, усиленную эхом:

— Пластуны бегали на разведку.

Вернулись с плохими вестями.

…Пока пробивались на крышу, по которой, вроде как, еще можно было уйти, потеряли еще троих Парфинцев, нахватали огнестрельных и осколочных ранений, пережили легкую контузию, обзавелись ожогами разной степени серьезности и «высушили» почти все запасы накопителей. И пусть при этом положили человек шестьдесят-шестьдесят пять, настроения это не улучшило — все, включая «чистых» целительниц, пребывали в состоянии ледяной ярости и жаждали крови.

Пока они тратили остатки Силы из двух полупустых накопителей, Варя пробовала «договориться» со сканером системы контроля доступа к башенке лифта, но не преуспела. И единственный сапер, способный самостоятельно передвигаться, взорвал дверь. Кабинки за ней, к сожалению, не оказалось, но у нас имелись микролебедки, так что мы прокатились до второго этажа своим ходом, немного повоевали еще с одной дверью, вывалились в холл, отправили в нужном направлении головной дозор и через считанные секунды услышали радостный вопль пластуна с позывным Калач:

— Мы выбрались — тут наши!!!

«Наши» — пара десятков десантников, двое полицейских и Конвойный с обрубком левой руки, плотно прибинтованным к торсу — примчались к нам от силы через полминуты и помогли донести тяжелораненых до помещения, в котором был развернут приемно-сортировочный блок полевого госпиталя.

но нам было не до отдыха — сдав всех пластунов в их не очень умелые, но добросовестные ручки, и оставив там же всех Парфинцев, мы чуть-чуть ускорились, доковыляли до выхода из здания и экспроприировали ближайший БТР вместе с механиком-водителем. Благо, полномочия матушки и Раисы Александровны позволяли и не такое.