Онлайн-библиотека книг
Землянка, не старше тридцати лет, явно с нашего сектора резервации; кожа обожжена Толиманом, рыжие волосы завиваются в колечки от влажности. Не то, что бы красивая, но и дурнушкой не назвать. Девушка улыбнулась, сразу став гораздо привлекательнее, и на русском сказала:
— Привет, Нинка.
— Надя?! — охнула я.
Позже, сидя за столом на террасе, я слушала рассказы Агапия и его невесты, и поражалась тому, как много всего произошло с братьями, пока я училась.
По ТПТ в академии я узнавала только самые общие вещи: Кеша рассказывал, что мучается над улучшением добавок для роста для га-а, Агап почти не разговаривал со мной (он считал, что разговоры курсантов с родными записываются), а Тема и Милу редко выходили на ГСПИ-связь.
Агап сошелся с Надей. И в том не было бы ничего удивительного, не будь мой старший брат угрюмым, резким, нетерпимым бараном в отношении с женщинами. А именно Надьку Агапий терпеть не мог, и открыто презирал оттого, что она таскалась за Темой.
Я недоверчиво смотрела на брата, здоровенного мужика с устрашающим выражением серо-стальных глаз, и на его избранницу – плотненькую рыжую девушку чуть старше меня. Эти двое удивительно гармонично смотрелись друг с другом. Взгляды, которыми они обменивались, и легкость в общении говорили, что они понимают друг друга с полуслова.
"Я поправила лямку платья, сползающую с худого плеча, и подумала о том, что можно было и не идти в салон красоты – даже если бы я пришла избитой, Агап и то бы этого не заметил. Отныне все его внимание достается рыжей гражданке с кудряшками.
«Раньше я здесь была единственной женщиной, а теперь – Надя», — вздохнула я про себя. Замечательно, что Агапий нашел себе пару… и грустно.
