Лабиринт Ванзарова

Сергей Эрастович невольно отметил: филеры – мастера давать клички. Как верно улавливают самую суть человека. Одно слово, а сразу понятно, о ком речь. Не спутаешь.

– Когда заступили на дежурство?

– В семь утра, как полагается.

– Что передала ночная смена?

Игнатов вынул филерский блокнот, незаменимый помощник слежки.

– Ничего существенного.

– Доложите подробно.

– Слушаюсь, ваше превосходительство, – филер подтянулся. – В три часа дня Призрак общался с портье. Хотел узнать, какие рестораны в столице лучшие.

– Далее…

– В пять вечера Призрак направился в ресторан. К нему попыталась приблизиться некая барышня, но попытка была пресечена.

– Кто такая? – с некоторым интересом спросил Зволянский. Барышни до сих пор его интересовали.

– Рыжая, примерно двадцати пяти лет, курит папиросы «Нимфа».

– Что ей надо было от… от Призрака?

– Поклонница. Узнала Призрака… Вероятно, хотела получить автограф…"

"– Нехорошо, очень нехорошо… Задержали?

Игнатов выглядел смущенным:

– За что? Она вела себя прилично.

– Нарушена секретность… Пойдет болтать.

– Не извольте беспокоиться, ваше превосходительство, старший смены описал мне ситуацию. Они приняли меры, чтобы барышня молчала и больше здесь не появлялась.

– Это какие же?

– Ей было заявлено, что она ошиблась, обозналась. А если еще раз сунет нос в гостиницу, ее арестуют как бланкетку.

Филер был доволен расторопностью коллеги. Зволянский не нашел сил ругаться: какой смысл бранить подчиненного, который пересказывает чужую глупость.

– Будем надеяться, что так, – сказал он. – Что еще?

– Призрак съел легкий ужин в одиночестве и вернулся в номер, – доложил филер. И закрыл блокнот. Что означало: более событий не имеется.

– Больше не спускался? – спросил Зволянский, испытывая сомнения. – Даже в праздничную ночь?

– Никак нет, ваше превосходительство.

Это было странно. Молодой человек избегает праздника, проводит ночь в номере, как монах. Может, колдовал помаленьку? Или показывает польский гонор, игнорирует русское Рождество?

– К завтраку не спускался?

– Никак нет… Не зафиксировано.

Сергей Эрастович прикинул: юноша без еды более пятнадцати часов. Допустим, вода у него в графине. Мог у коридорного чай заказать.