Лабиринт Ванзарова

Рассчитывать, что санитары в Обуховской больнице не очистят карманы, мог только романтик, верящий в человеческую честность. Служба в полиции от иллюзий быстро избавляет. К примеру, он знал, на что придется пойти Марысе, чтобы прокормить сыновей. История гадкая, но обычная. Особенно для Песков. А столичная статистика в этом вопросе безжалостна: по национальному составу в Петербурге больше всего проституток именно полек. У бедной женщины, оставшейся без мужа, выбор невелик.

Пробормотав нечто невразумительное, чего Марыся не могла понять, Ванзаров покинул холодную квартиру.

Сбегая по лестнице, спиной ощущал ее взгляд.

Он вышел во двор, сверкающий снегом, посреди которого маячил счастливый дворник. Матвей ему поклонился и даже помахал шапкой. Ванзаров не ответил, быстро прошел в подворотню. Чтобы Марыся, глядя из окна, не заметила его побег.

На Рождественской улице было тихо и пустынно. Только от соседнего дома отъехали сани-волокуши, на которых лежало что-то большое, укрытое мешковиной.

Рядом пристроились два мужичка, пряча носы в отвороты полушубков, за ними виднелась спина возницы.

Глубоко вдохнув морозный воздух, Ванзаров взял себя в руки. Чувства для чиновника сыска непозволительны. Что поделать, если не свалить их лихим борцовским броском. Это враг коварный, нападет, когда не ждешь. Чувствам воли давать нельзя. В узде их держать.

53Ласковое обхождение помогло. На радостях, что заработал рубль, дворник выложил все, что знал про жильца в кепи. Оказалось, что проживает здесь с полгода, человек приятный, тихий, непьющий, никаких безобразий.

Дам не водит, да и зачем их водить, когда в соседнем доме большой выбор имеется. Снимает квартиру на четвертом этаже. Живет один, гостей у него не бывает. Порой исчезает на день, а то и два, может, и на недельку. Кто его знает, чем зарабатывает, платит аккуратно, никаких претензий. Все бы такие жильцы были.

Карась с Углом держались одного мнения: ждать. Чтоб большая рыба не сорвалась с крючка. Во дворе толкаться не следует, устроились у ворот.

Карась издали за двором посматривал, Угол у стены держался. Набрались терпения, да только оно не пригодилось. Не прошло пяти минут, продрогнуть не успели, как во дворе он показался. Только без саквояжа. Карась как заметил, сразу дал знак: уходим в сторону, пока тот с дворником раскланивается. Не тут-то было. Угол подхватил полешку, что у подъезда обронили, изготовился.

– Не смей, дурак! – зашипел Карась. Но было поздно.