Лабиринт Ванзарова

Пришла пора навести порядок. Ванзаров разложил их на четыре группы друг против друга, по происшествиям. Пустая столешница между ними словно осталась для вопроса «зачем?».

Зачем пропал доктор Охчинский? Зачем его выкрали из полиции? Зачем надо было погибать купцу Морозову и его сыну? Зачем убивать фокусника? Зачем пропал Самбор? Зачем похищать жену Котта?

Часть ответов Ванзаров знал. Другая требовала усилий.

За каждым неясным вопросом скрывается логика поведения человека. Его характер. Который не меняется, как утверждает психологика.

Непонятный поступок кажется таким со стороны. У того, кто хотел получить аппарат Котта, был точный ответ, зачем так поступать. У доктора Котта был ответ, зачем он пожертвовал женой. Тот, кто был в номере, точно знал, зачем убивать Збышека и забрать Самбора. Кто-то знал, зачем убивать лихача, извозчика на Английском проспекте, устроить резню в волокушах. Ответ настолько прост, что его почти невозможно увидеть.

Ванзаров оглянулся. Со стены склонилось обширное зеркало, в котором господа офицеры проверяли аккуратность причесок и чистоту мундиров.

В зеркале отражался стол. Стараясь не шуметь, Ванзаров перешел на противоположный край, сел и снова глянул. Зеркало показало предметы в отражении. А на столе они были прежними. Правда, смотрелись под другим углом. Как бывает, когда ложь открывается правдой.

Логика любит картинки. Она ими играет. Выстраивает цепочки происшествий. Логике понравился эксперимент с зеркалом. Она вежливо предложила выводы. Выводы были просты и печальны: Ванзарову врали.

Врали все по разным причинам. Чтобы скрыть ответ на вопрос «зачем?». В этой лжи он увидел то, чего не случилось, но должно случиться. Не может не случиться, если не помешать. Он должен сейчас оказаться в «Англии».

Порыв был столь сильным, что Ванзаров вцепился в стол, удерживая себя от глупости. Нельзя… Нельзя… Нельзя…

Пусть логика кричит что угодно, надо дождаться утра и отделаться от охранки. Цена нетерпения будет слишком велика. Возможно, сегодня ночью ничего не случится.

Другое, намного более важное, произойдет непременно. Ради того, чтобы предотвратить эту большую беду, сейчас надо потерпеть.

Сила воли одолела. Ванзаров сдался единственному противнику, который мог победить его: самому себе. Собрал со стола улики и улегся на удобном диване.

На темном потолке светлело прямоугольное пятно окна. У него начался яростный спор с логикой. Никто не хотел уступать. До утра он больше не заснул.

59Ночью Пирамидов глаз не сомкнул.