Лабиринт Ванзарова

– При нем был чемодан?

– Да, среднего размера, кожаный, с ремнями, довольно потертый, – говорил Попков, будто на что-то надеялся. – Простите, господин Ванзаров… Бес ведь попутал…

Как часто чиновник слышал про беса, который попутал, в общем, неплохих людей. Они были не виноваты, виноват был путающий бес. Они всего лишь поддались его соблазну. А он выполнял свою службу. Ну разве можно за это винить? Слаб ведь человек, а бес силен. Работа у него такая: путать. Все это повторялось из раза в раз. С такой репутацией бес мог спокойно отправиться в отпуск.

Ванзаров отозвал Курочкина.

– Как докладывать о том, что случилось, господину Зволянскому, подумаем после, – сказал он. – Сейчас срочное дело. Нужны вы и трое свежих людей.

Курочкин вытянулся во весь свой немаленький рост.

– Приказывайте, Родион Георгиевич… Вину с себя не снимаю.

– После с виной разберемся, Афанасий… Оружие у филеров имеется?

– Как положено.

– Отдадите тут распоряжения, через пять минут быть внизу, – Ванзаров кивнул Лебедеву.

Помахивая саквояжем, криминалист догнал спешащего друга уже на лестнице.

– Благодарю за бесценный эксперимент, Аполлон Григорьевич…

– То-то же! Если бы негодяя стукнули по голове с такой силой, что потерял сознание, он бы не смог ею вертеть… Куда мы направляемся?

– Вы – в Обуховскую больницу, – последовал неприятный ответ.

Лебедев хмыкнул.

– А вы с армией Курочкина?

– Попробуем взять Почтового.

– Знаете, где его искать?

– Надеюсь, что да, – ответил Ванзаров, сойдя с последней ступеньки.

– Как узнали?

– Ответил на вопрос: зачем убивать несчастного фокусника?

– Ну и зачем же? – не унимался Лебедев.

– После того как увели Самбора, в номер зашел Почтовый выпроводить постороннего. И узнал своего соседа, доброго приятеля. Оставлять его в живых было нельзя. Почтовый перерезал ему горло и выместил досаду на зеркале.

– Убил соседа и пожалел?

– Испугался, что план дал осечку. Был в растерянности. Отчего забыл фотоаппарат. Ночью Почтовый вернулся не только за пальто Самбора.

– Удивите, друг мой…

– Почтовый не засвечивал пленку. После убийства Збышека ему было не до того. Он дал ему аппарат со старой пленкой. Был уверен, что Збышек поставит катушку новой пленки. А тот постеснялся сказать, что ничего не понимает в фотографировании. Польский гонор. Ему очень нужны были деньги. Особенно на праздник. Для двух сыновей и жены.

Аполлон Григорьевич помрачнел.