Лабутены для Золушки

– И вдруг неожиданный поворот, благоприятная случайность: туристка из России оказывается дочерью того самого русского геолога! Наследницей его прав! К тому же, она ближе всех находится к пропавшей драгоценной карте! Ведь недаром этот проходимец Афолаби так старался вырвать вас из лап похитителей, недаром вчера целый день обрабатывал вас и сулил золотые горы! И недаром вашего обидчика нашли сегодня с отрезанной головой! Ведь так? Кстати, отрезанная голова – это классический почерк «Черных леопардов».

Их визитная карточка. И это сигнал вам.

– Но я объяснила, что…

Фуке нахмурился, привычно вскинул руку в запрещающем жесте и процедил ледяным тоном:

– Никого не интересует, что вы кому объяснили, милочка! Интересы Франции и Борсханы столкнулись, и вы оказались между ними! Вот это единственно важный факт! Обладая вашей картой, Франция сможет получить концессию на разработку алмазов, чем возместит расходы, понесенные в свое время в стране с непредсказуемым политическим будущим.

Либо сумеет продать карту правительству Борсханы, и опять-таки возместить часть расходов. Поэтому меня и уполномочили предложить вам то, что я и предложил за чашкой кофе в «Шантеклере»!

Кира почувствовала, как пол уходит из-под ног. До сих пор причастность к событиям большой истории сводилась для нее к детству, прошедшему в мусорные, голодные и разнузданные девяностые. Самое яркое событие тех лет, не считая возвращения отца из Африки, – бандитская разборка в сауне на соседней улице.

Были слышны выстрелы, и в новостях потом показали три трупа, накрытых простынями. Юной Кире запомнились огромные золотые цепи на них и татуировки – купола церквей. И вот сейчас, сидя в кабинете полицейского участка Ниццы, слушая этого вовсе не комичного, а страшного в своей беспощадной откровенности господина, она вдруг ощутила себя песчинкой, попавшей между двумя остановившимися на миг огромными жерновами, разменной картой в игре двух гигантов, поставивших на кон огромные деньги. И она, жалкая и беззащитная, может сгинуть в любой момент, и никто ее больше не спасет, никакие «Черные леопарды» и никакая полиция – потому что и те и другие, будут выполнять задачи прямо противоположные спасению… Каждая – своим почерком…

Ей стало страшно. Очень страшно.

– Простите, но… Я ведь уже объясняла господину Афолаби, что и понятия не имею ни о какой карте…

Фуке дружески улыбнулся, сразу перестав быть страшным и циничным.