Лабутены для Золушки

 – Можешь показать?!

– Нет, конечно! Даже если пройду мимо, не узнаю. Джунгли неузнаваемо меняются за месяц, а прошло столько лет… Да и тогда я не запоминал – ведь все вокруг одинаковое… На карте отмечали координаты, но это совсем другое дело – координаты ведь не меняются!

– А где карта и остальные документы? – жадно спросил Бонгани.

– Моя копия сгорела. Пожары здесь случаются регулярно, а за столько лет я перестал придавать этой бумажке значения, и всегда спасал более ценные вещи… А подлинник и все материалы исследований остались у Самуила…

– Откуда я знаю? Мы шли в Анголу, меня ранили и схватили у самой границы, а он ушел.

И правильно сделал. Я на его месте поступил бы так же.

– Почему же тебя не съели?

– Они вообще редко ели людей, только в крайнем случае, когда наступал голод. Обычно ритуально казнили пленника перед всем племенем – приносили жертву Духу буру. Но мне повезло: Самуил ранил шамана, а у меня была аптечка, и я вылечил его антибиотиками.

А потом старейшину укусила кобра и снова я спас его противозмеиной вакциной… В общем, живым я стал им полезней, чем мертвым…

Рафаил помолчал, пожал плечами.

– Так и прижился. В основном лечил, учил детей французскому и русскому… Это помогало отвлечься и не сойти с ума, потом постепенно привык… Правда, шаман обоснованно заподозрил во мне конкурента и хотел сделать «рукопожатие смерти», но я сломал ему шею и объявил, что такова воля Духа буру…

Он посмотрел на перстень смерти, ощетинившийся добрым десятком острых шипов.

Довольно грубый, и золото не самой высокой пробы, но все в племенах знают, что это символ власти шамана, обладающий магической силой. Хотя к магии его сила не имела никакого отношения.

– Что там? – проницательно спросил Абиг Бонгани. – Яд пятнистой гадюки? Или кураре?

– Нет, – покачал головой Рафаил. – Слюна самки черного паука киу-ка… Впрочем, это детали. Главное, что Великий Дух буру пожелал, чтобы вместо него шаманом стал я.

А потом старейшину растерзал леопард, и я объединил их посты… Научил племя тактике войны, перестроил деревню и превратил ее в крепость, устроил нечто вроде школы…

Рафаил замолк, внимательно рассматривая Бонгани.

– А что ты такой угрюмый?

Полковник действительно был озабочен. То, что он нашел одного из Архангелов – ровно ничего не значило. Слова остаются словами. Они не заменят документов экспедиции.