Лабутены для Золушки

Все, что с ней приключилось этим летом, а возможно, еще приключится – цепь случайных совпадений, за которыми ничего не стоит. После сказочного отпуска она вернется к своей убогой жизни, к скучной бухгалтерской работе за грошовую зарплату, разогретым сосискам и болтовне стареющих кумушек, в одну из которых и сама со временем превратится… А однажды она задремала на пляже и во сне всплыла светлая отцова фраза, только с мрачным окончанием: «… и из-за этого погиб!»

Она проснулась в ужасе – а ведь действительно, когда на кону такие ставки, то убийство в садовом товариществе «Фруктовый» может иметь совсем другую подоплеку! Кира начинала снова анализировать все странности случайных совпадений: странные проговорки руководителя корпорации «Алмазы Борсханы» Афолаби, странность исчезновения из прекрасного спектакля Андрея и его немедленной замены Жаком, странную осведомленность Жака, странное внезапное появление офицера французской военной разведки Фуке…

Но с другой стороны, отца убили через двадцать лет после возвращения из Африки, а интерес к ней спецслужб Борсханы и Франции проявлен через пять лет после смерти отца.

Вряд ли разведки любой страны, даже африканской, так долго раскачиваются…

На этом ее мысли прервали губы Жака, мягко прижавшиеся к ее губам, и все подозрения отошли на второй план, а потом и вовсе растворились в беззаботной атмосфере Лазурного Берега. Но неприятный осадок в душе остался, и она пыталась развеять его своей придуманной мантрой: разведки не ждут так долго!

Но кто их знает, эти разведки! Они не всегда управляют обстоятельствами: иногда обстоятельства управляют ими…

Париж есть Париж! За годы его отсутствия город порядком изменился.

Россыпи огней, рекламы мировых фирм, обилие машин, а главное – толпы чернокожих праздношатающихся молодчиков, как будто он каким-то чудом вновь оказался в Африке…

Еще в самолете, снявший шкуру Рафаила Антуан Вильре понимал, что летит на родину, которой больше не существует.

Потому что только для натур экзальтированных или инфантильных она сводится к улицам, запахам, воспоминаниям… – что там еще в этом детски наивном списке? Для любого легионера, а бывших легионеров не бывает, родина – это Легион! Такой девиз невозможно забыть: он выколот на теле каждого, объединяя пожизненный орден неудачников, бросивших вызов судьбе… Их мотает по всему миру, и для них понятие родины не совпадает с понятием добропорядочного обывателя.