Лабутены для Золушки

Они держались так строго, официально и говорили правильным языком, без уголовных словечек…

Ванеев пожал плечами.

– Впечатления бывают обманчивыми. Как раз такие дела – его амплуа. У него своя «бригада», специализирующаяся на «разгонах». И держатся они соответственно, иначе бы ничего у них не выходило.

И, помолчав, повторил слова следователя Лапкина:

– Вряд ли вам угрожает опасность. Но на всякий случай, некоторое время избегайте безлюдных мест. Мало ли что…

И без того напуганная Кира после этого впала в глубокую депрессию.

Похудела, заработала бессонницу. Невропатолог в районной поликлинике выписал успокоительное лекарство, после которого Кира ходила с тяжелой и гулкой, будто с похмелья, головой. Но сон вернулся, а со временем прошла и паранойя, заставлявшая ее озираться на каждом шагу и переживать приступы удушья, когда возле нее останавливалась машина или незнакомец входил с нею в лифт.

Среди соседей в ту пору ходили, обрастая экзотическими деталями, сплетни – дескать, семейка перешла дорогу госструктурам.

Отец Киры стал американским шпионом, за что его ликвидировали спецслужбы, инсценировав ограбление. Мать, согласно версии коллективного соседского разума, убили ему в острастку, но он не внял, не покаялся, а потому отправился следом за ней. Хотели и Кирку убить, но времена нынче гуманные, пожалели…

Кира заказала поминальный молебен и сходила на кладбище. Родители лежали рядом. Софья Андреевна и с могильной плиты смотрела холодно, отвернувшись от Дмитрия Евгеньевича – как бы говоря: «С предателями дела не имею».

Неожиданное знакомство

Она, всего-навсего, вышла за молоком. Отрешенная, казалось, в своей тяжелой задумчивости от реального мира напрочь, Кира вдруг поймала себя на том, что рассматривает незнакомку, медленно удаляющуюся от нее по разбитому тротуару. Взгляд зацепился за нее непроизвольно – было в ней резкое, бросающееся в глаза несоответствие окружающему ландшафту. Так, наверное, овладевают вниманием окружающих принцессы крови, которые в силу каких-нибудь передряг перенеслись из своего дворца в слякотное предместье.

Элегантное светлое платье, дорогие вишневые «шпильки», аккуратная сумочка в цвет, прическа, являвшая ту простоту и точность линий, в которых угадывалось отточенное мастерство парикмахерского искусства, – все это было не отсюда, попало сюда случайно и наверняка ненадолго. Неуверенный сбивчивый шаг мог говорить о том, что принцесса заблудилась и пытается вернуться в свой мир. Кира собралась было догнать ее, предложить помощь.