Лабутены для Золушки

Серая глыба Океанографического музея, конусообразные шпили цирка шапито, купола самого знаменитого казино в мире, тюрьма, в которой отбывают наказание то ли два, то ли четыре человека… И марина… По сравнению со стоящими здесь судами – трех- и четырехпалубными, с вертолетными площадками и притороченными к бортам глиссерами, обычные яхты казались скромными шлюпками.

Жак оказался знатоком Монако и прекрасным рассказчиком, а осмотр достопримечательностей на «Порше» – менее приятен, чем стремительный бег по серпантину.

Оставив машину недалеко от здания оперы, они отправились по городу пешком.

– То ли у князей Монако вкус – это главный родовой признак, то ли княжеству везло с работавшими здесь архитекторами, – рассказывал Жак. – То ли здешние ландшафты так устроены, что любое здание хочется построить так, чтобы оно впитало как можно больше света, чтобы камень источал ощущение воздушности… Главные архитектурные достопримечательности – это всегда большие окна, изящные барельефы, просторные арки и пролеты. Здесь нет преступности, зато есть сотни видеокамер, которые просматривают весь город…

На Киру произвела отрицательное впечатление плотность застройки, отсутствие газонов и площадей, рационализм, не оставляющий свободным ни одного квадратного метра.

В этом городе было невозможно уединиться. Пожалуй, она не хотела бы здесь жить. Правда, никто и не приглашал. Но как заезжий турист она любовалась зданием оперы, под зеленым куполом которой в стрельчатых окнах отражалась лазурь неба, и думала о том, что эта прогулка – самая замечательная экскурсия в ее жизни. С Жаком было интересно. Мало того, с ним было уютно, а этим Кира, мягко говоря, не была избалована.

Ближе к вечеру они очутились на площади казино. В огромном округлом зеркале, установленном на постаменте посреди площади, отражалось казино Карла Третьего на фоне розоватого закатного неба.

«Самое главное казино, – у Киры даже голова закружилась. – Если не мира, то Европы – точно…»

– Сыграем? – улыбнулся Жак.

Миновав величественного портье в старомодной форме – черные брюки и черный френч с красным отложным воротом и красными клапанами карманов – в фуражке с красной тульей, Кира и Жак вошли в храм азарта.

В большом зале, за золотистыми столиками с резными ножками, непохожие, но одинаково элегантные гости заведения вальяжно потягивали разноцветные напитки.

– Я волнуюсь, – призналась Кира, сжимая локоть своего спутника и разглядывая скульптуру Фортуны. – Словно оказалась по ту сторону экрана.