Лабутены для Золушки

Да и вообще, Наташкину аллегорию она видела по-другому: не пчелы кружатся вокруг меда, а жирные зеленые мухи вокруг… Ну, ясно, вокруг чего. Интеллигентная девушка даже мысленно не станет уточнять… Но с другой стороны, Наташка-то знает, что говорит – опыт у нее богатый! Хотя, у каждого свой опыт…

Она тяжело вздохнула.

– Ну, что молчишь? Пошли сегодня в «Цепи» или «Панораму»? Познакомимся, то-се… Вместе оно и спокойней. Идем, угощаю, если что.

Один раз Наташка повела ее в салон «Мир ногтей», где делала маникюр, педикюр, наращивание, – словом все! Но увидев прейскурант Кира оттуда быстро ретировалась: мол, как обходилась своими силами, так и дальше обойдусь! Но она была впечатлительной натурой, и ночью ей приснился страшный мир: ногти, повсюду ногти! Они хрустят под ногами, возвышаются тут и там трехметровыми валунами, скальной грядой перекрывают горизонт, облаками плывут по небу, даже дождь тут идет острыми разноцветными обрезками ногтей… Кира проснулась с колотящимся сердцем и не могла заснуть до утра.

«Интересно, куда она рванет на этот раз? – гадала Кира, высматривая ее в окно.

Зимой был Любшин, чрезвычайно солидный на вид, из мелких чиновников. И Париж.

В самые ненастные декабрьские деньки, когда улицы утонули в снегопадах и ноги разъезжались в грязной каше из раскисшего снега и противогололедных смесей, Наташка ворвалась в бухгалтерию с новостью:

– Еду в Париж! На рождественские каникулы! Любшин сюрприз устроил! Говорит: увидеть Париж и умереть!

Сказала артистично, с выражением, и картинно сбросила на спинку стула неправдоподобно дорогую шубу, подаренную кем-то из бывших.

Любшин был, пожалуй, самым интеллигентным из Наташкиных воздыхателей. Зато и продержался возле нее совсем недолго, не больше месяца. Может быть, именно поэтому.

– Ничего! – философски сказала Наташка.