Лабутены для Золушки

 – Если это еще не слава, то уже популярность!

Повернувшись к нему, Кира нащупала его руку, нежно сжала.

– Я на седьмом небе! Это все не со мной, это во сне… Я как Золушка на балу… Только та была в неудобных хрустальных туфельках, а я в стильных лабутенах, о которых и мечтать не могла…

– Значит, действительность превзошла мечты! А так редко бывает!

– И все-таки… На всякий случай… Надо бы убежать до того, как часы пробьют двенадцать. Мало ли что. Вдруг все это исчезнет, как в той сказке…

– Не думай об этом.

Наслаждайся праздником.

Ответив взмахом руки на чье-то приветствие, Андрей взял бокал с коньяком и потянулся к Кире, чтобы чокнуться. Та подхватила шампанское. Хрусталь мелодично пропел, они торжественно выпили.

Через зал, куда-то проследовал тот самый джентльмен, который мучился аллергией. Она хотела спросить – кто он такой, но в этот момент замок вдруг накрыла тишина. Рояль в холле и оркестр на входе стихли, постепенно замолк гомон сотен голосов. Под потолком, с высоких балконов, раздался торжественный звук фанфар.

Дошел до кульминации и оборвался.

– Дамы и господа! – прокатился над головами собравшихся сочный мужской баритон. – Хозяйка Бала цветов, мадам Элеонора Войтова!

Зал отозвался дружными аплодисментами. Захлопала и Кира. Хлопал и стоящий на балконе рослый бритоголовый африканец в прекрасно сидящем смокинге с перламутровым отливом, хлопали и стоящие за его спиной два атлетически сложенных чернокожих в гражданских костюмах, но с явной военной выправкой.

Кире показалось, что бритоголовый рассматривает именно ее. Впрочем, ей казалось, что все ее рассматривают. Возможно, так и было.

Мадам Войтова стояла в самом начале лестницы, плавным изгибом спускавшейся с балкона. На такой лестнице хорошо снимать фехтовальные поединки… Но шпаги, у Элеоноры, естественно не было, разве что отравленный кинжал в рукаве. Зато все остальное присутствовало. Бело-голубое, как снежная вершина Килиманджаро под безоблачным африканским небом, платье. Бриллианты на руках, на шее, в ушах.

И радиомикрофон в руке. Дождавшись, когда стихнут аплодисменты и выдержав небольшую, точно выверенную паузу, мадам Войтова обратилась к собравшимся:

– Дорогие мои, восхитительные мои гости! Нет слов, чтобы выразить во всей полноте мою радость от того, что я вижу вас здесь, в Мон Дельморе, украшенном цветами со всего мира. В замке, собравшем столько успешных и утонченных людей. В старинных стенах, пропитанных красотой и любовью.