Ладанка Жанны д'Арк

– Дело не такое простое… – протянул доктор, – мозг, вы понимаете, такой сложный инструмент… ни в чем нельзя быть уверенным. Иногда очень серьезная рана легко заживает, а бывает, что небольшая травма приводит к необратимым последствиям. Давайте зайдем сюда, я расскажу вам, какие у нее перспективы… не разговаривать же в коридоре… – и он подтолкнул меня к двери рядом с сестринским постом.

– А что здесь так пусто, ни души? – спросила я, послушно шагнув к двери.

– Все на инструктаже у главного врача.

Скоро вернутся.

Действительно, в конце коридора послышались голоса и шаги.

– А вы?

– Да идемте же! – повторил он нетерпеливо и распахнул передо мной дверь.

Я уже шагнула в кабинет, когда случайно заметила на столе дежурной сестры разграфленный лист. Наверху было крупным почерком написано: «Текущие назначения».

Ниже шел какой-то неразборчивый текст, а снизу – снова крупно – «Лечащий врач Вера Семеновна Мурашко».

Как это…

До меня не сразу дошло, а потом я подняла глаза на врача.

То есть, конечно, никакого не врача. Он усмехнулся – так мне, по крайней мере, показалось, ведь губы его были закрыты маской:

– Узнала, да?

И тут я его действительно узнала.

Это был, разумеется, не врач, а тот человек, которого я видела в Куромяках. Петрович."

"Только там он был в черном плаще с поднятым воротником, а здесь – в белом врачебном халате и в медицинской маске. Не удивительно, что я не сразу его узнала.

Я попыталась вывернуться, но он уже втолкнул меня в открытую дверь.

Мы оказались в небольшой комнате, все стены которой были отделаны белым кафелем. Процедурная, наверное.

– Что вам нужно? – проговорила я.

Но он мне ничего не ответил. Вместо этого он прижал к моим губам марлевый тампон, смоченный чем-то остро пахнущим. Я закашлялась и провалилась в темноту.

Один за другим рыцари Жанны были убиты или тяжело ранены. Наконец молодой воин из Пикардии, бургундский наемник по имени Жан, стащил изнуренную битвой девушку с коня и закричал:

– Дело сделано! Ведьма в плену!

Битва и впрямь закончилась с пленением Жанны.

Бургундцы вернулись в свой лагерь. Пикардиец Жан привез девушку на крупе своего коня и тут же, недолго раздумывая, продал ее за небольшую плату своему командиру, Бастарду Вандомскому. Тот же, уже за более значительную сумму, передал пленницу своему сюзерену, герцогу Люксембургскому. С этого момента именно он решал ее судьбу.