– Княжич сказал – нет правде места там, где строит козни темный Бессмертный. Просил вас любым способом продержаться до рассвета, а еще упредил, чтоб с Эриком не спорили, не перечили ему. На то Светозар есть. У ярла сейчас глаза на вас через пелену глядят – все не так видят. Прежде чем правду доказывать, нужно жрецов Триглава прочь прогнать, а на то, он сказал, только великая Перунница, дева-воительница, способна. Обещал с рассветом у нее помощи испросить…
Теперь я и вовсе запуталась. Слышала и раньше, конечно, о Магуре, Перуновой дочери, знала, что подает она павшим воям чашу и целует их в губы, чтобы не забывали они в светлом ирии прощальный поцелуй богини.
Знала, что веет она над битвами, бодрит смелых сиянием золотого шлема, а вот что можно с ней, будто с обычной девкой, поговорить – впервые слышала. Хотя Чужак – ведун, может, он и знает тайные пути к богам. Ведь опоил уже раз болотников так, что почудилось им, будто перенес их через волны морские да непроходимое болото диковинный Змей.
Славен долго потом диву давался, как же вышло, что заснули они в одном месте, проснулись в другом, и все один и тот же сон видели. Не мог он поверить в объяснения ведуна, будто прошли они тайной тропой в иной мир, где Змеи, боги и кромешники разные обитают. Да и я тем объяснениям не верила. Любой знает – живут боги на белокаменном острове, посреди моря, где лежит камень Алатырь, скрывает силу земли нашей да привечает каждое утро девицу Зарю… Там же и Магура-воительница обитает, да только не добежать к ней посуху, не попросить помощи…
– Я уже у Светозара был, – продолжал булгарин, – выпросил у него разговора с вами и передал слова Княжича – не отдавать ярлу пленников до утренней зари.
Светозар не дурак, понял, надобно вас из темницы увесть, в другое место спрятать, про которое Эрик не ведает, вот и запер тут…
– Темный! – чуть не застонал Бегун.
– Кто – темный? – не понял Константин.
– Нас сюда привел жрец Триглава, – пояснила я.
– Он теперь все Эрику расскажет, да так, что боярин тому худшим лжецом покажется!
– Но Светозар за вами верных людей посылал…
– Ты же сам говорил – нет места правде там, где темные тени свет застилают. Просчитался боярин.
Летописец задумался. Склонил на тонкие пальцы седую голову, закусил губу, а потом вдруг встал резко:
– Коли так, то сейчас Темный на боярина клевещет. А мы его планы порушим, авось время выиграем.
Он шарахнул ногой по двери.
