Лайриэйль Лайвджой

Я было заинтересовалась, как он теперь отреагирует на утраханного по самые уши Бэйна, все ж таки где-то в голове у Сокровища завелся непривычный к таким делам континентальный парень. Но нет, реакция была совершенно Найсовская, привычная.

А потом мое единение с учебниками прервала Рий. Заявилась и без долгих разговоров поволокла в комнату для наказаний, приговаривая, что теория практики не заменит, и, вообще, они с Хей созрели до передачи опыта.

Блин, мне и так приходилось напрягаться, чтобы вникать в прочитанное, а не думать, как там кактусы и сонная злыдня.

А если Кай не успеет или побоится вовремя укол сделать? А если не выдержит и развяжет, когда она оклемается и начнет скандалить? Тьфу... У него браслет на руке. Вызова нет, значит, все в порядке.

В таком настроении только на наложниках практиковаться! Еще ведь пришлось энтузиазм изображать, и сердечную благодарность за внимание.

Все же стек-фаллос - не моя любимая игрушка.

И пробовать его на Найсе, как подзуживает Рий, я не буду!!! Хватит с меня того, что "учебное пособие" зеленело, тряслось и поскуливало от ужаса, когда я после пары демонстраций от сестренок на третий заход пошла. Не знаю, боялся он может и привлекательно, близняшки млели, но вот не мое, и все. Но уметь нужно, никуда не денешься.

К тому моменту, как стемнело и чертово неугомонное население дома стало, наконец, засыпать, я уже внутренне была готова не только придушить или попинать проклятую шантажистку.

Я вполне созрела до средневековой инквизиции со всеми ее членовредительскими зверствами. У меня и так забот полон рот, муж на носу, Дамиан в голове Найса, сестры с практикой, бабка с нотациями, экзамен с учебниками. Покалечу нафиг, если не начнет каяться добровольно!

Я до усрачки был благодарен Ройсу, что он не свалил в свой лес, а остался со мной, получать экстрим-впечатления. И, хотя мы не помещались уже на лавочке, и нам пришлось лечь на полу, обнявшись и укутавшись в одеяла, принесенные Чейри, но, еж твою! Это была лучшая ночь за последние две недели, потому что моя рука лежала на бедре Ройса, и я лицом дышал ему в шею, а он смешно фыркал и потом переворачивал меня аккуратно, уже полусонного, шепча что-то про любовь, которая зла… а потом сам закинул на меня и руку, и ногу… но мне уже было все равно.