Лайриэйль Лайвджой

Именно в тот момент, когда Чей несмело и нежно-нежно коснулся губами моей ладони и тут же замер. Я погладила прогибающуюся по-кошачьи спину и соскочила с кровати. Там, в ванной, есть коробка с новыми игрушками. И я уверена, в ней найдется кое-что интересное.

Самому Чейю было не столько интересно, сколько волнительно и страшновато. Пока я ходила в ванную, он провожал меня напряженным взглядом, переступал коленями и локтями по покрывалу, выгибался, стараясь не упускать меня из виду, потому что я велела стоять на месте и не оборачиваться, чем, похоже, напугала своего мальчика еще сильнее.

Но мне нравилось его волнение, почти паника.

Я вернулась и села на постель, поставив рядом с собой коробку. Открыла, достала самый маленький анфаллос с вибрацией и четким выступом для стимуляции простаты. Смазку с небольшим содержанием вейдже. Раскладывая все это по покрывалу, я искоса поглядывала на заинтересованного зрителя.

Зритель, правда, смотрел на эти приготовления с таким ужасом в глазах, словно я притащила дилдо размером с полено и зеленую горчицу.

Именно этот взгляд: страх и желание, покорность и ожидание чего-то - именно он вдруг сдетонировал где-то внутри моего тщательно задраенного хранилища хищности. Взгляд жертвы мгновенно пробудил все, что там до поры до времени спало или делало вид, что спит. И оно взвилось в яростном прыжке зверя, снеся все логичные намерения и разумные планы.

Я прикусила губу почти до крови, сдерживая низкий полурык-полустон, и резко, за бедро, развернула жертву попой к себе.

- Ты сам этого хотел, котенок, - голос низкий, словно не мой, но… мой. - Теперь - колени шире. Еще!

Будущий муж мелкой отмер, едва за Чейри захлопнулась дверь и вопросительно посмотрел на меня.

- Добро пожаловать в наш дурдом! - подмигнул я ему и махнул рукой в сторону кресла: - Голодный небось?

Рис радостно закивал, поблескивая на меня синими глазищами. Разборки мелкой со своей помидоркой могли затянуться надолго.

А я же не зверь какой, натощак ребенка трахать. Тем более, Лайри изъявила желание поприсутствовать. И это только я знаю, что ничем страшным ее присутствие не грозит, только дополнительным удовольствием. А вот Рис-то еще и волноваться будет.

Злорадное что-то, едва шевельнувшееся внутри, тут же сдохло, едва меня осветили своей всепоглощающей синевой. Да уж, ептить, нельзя сказать, что я Чейри не понимаю.