— Ну, что? Любовь-морковь-татуировка?
Я смущенно отпрянула от Егора, поджав губы. Он все еще испытывающее сверлил меня взглядом, ожидая моего ответа. Верт так же вопросительно смотрел в мою сторону, скрестив свои татуированные руки на груди. Мне казалось, что я сошла с ума, ведь я и татуировка… Но смотрящие на меня любимые разноцветные глаза…
— Согласна.
Егор тут же расплылся в довольной широкой улыбке, вызывая во мне чувство все большей уверенности в том, на что я только что подписалась.
— Отлично, — Верт потер ладони.
— Приступим.
А дальше я просто напряженно наблюдала, что происходило вокруг меня. Буквально за несколько минут он набросал эскиз, сравнивая его с татуировкой на теле Егора и тут же вносил какие-то поправки.
— Нравится? — спросил меня бородач, показывая мне окончательный вариант, одобренный блондином.
Бросив лишь мимолетный взгляд на рисунок своей будущей татуировки, я согласно кивнула. Все, что мог уловить мой нервничающий мозг, так это аккуратные, филигранные линии на эскизе с изображением солнца и его лучей.
По стилю точь-в-точь как тату Егора. Меня трясло, и внутри все холодело от страха. Но я беспрекословно и без смущения подняла свою футболку, выставляя напоказ белье, когда нужно было обработать место нанесения эскиза. Верт сосредоточенно переводил моих на ребрах под левой грудью рисунок.
— Это больно? — тихо спросила я, стараясь не смотреть на странный пугающий прибор в руках у бородача.
— Хм, нет, — улыбнулся он. — Как комарик покусает.
— Ага, — поддакнул Егор, усаживаясь в кресло рядом с кушеткой, на которой теперь полулежа расположилась я.
— Целый рой комариков.
Я начала панически переводить взгляд со своего широкоплечего мужчины на чужого бородатого."
"— Так, не дергаемся, не шевелимся, не пытаемся сбежать. Это не спа-процедура, но терпимая, тем более рисунок не объемный, изящный. Работы на час максимум. Если уж совсем больно, то лучше я остановлюсь, — Верт наклонился к моему телу, занося странный прибор над моей кожей. — А еще я люблю работать в идеальной тишине.
Все ясно, голубки?
Крепко зажмурив глаза, я закивала своей головой.
— Егор, свет общий выруби, — попросил бородач, включая надо мной яркую лампу.
Комната погрузилась в полумрак, а я в полу страх.
Первые полчаса я стойко терпела, периодически сжимая кулаки и ойкая. Ощущения от впивающиеся в кожу иглы разнились от жжения и зуда, до чувства, что за мою кожу зацепился кошачий коготь и теперь медленно сползает вниз и движется по кругу.
