Мои мысли занимало предстоящее выступление, и я пыталась всеми силами успокоить внутренний мандраж и задавить в себе малодушные порывы пойти на попятную, так что мне сейчас было точно не до брианца.
— Я же вроде бы просил... Просто Эйор, — произнес мужчина, расправляя плечи и одаряя меня чарующей улыбкой. А затем придвинулся ближе, нагло нарушая мое личное пространство.
“Милашка-обаяшка” — окрестила его Дафна, искренне не понимая, почему я не хочу попробовать сблизиться с капитаном Альто, но никак меня, к счастью, к этому не подталкивая и не уговаривая.
Ну не могла я ей объяснить, что дело было не только в данном себе обещании не вступать на “Невусе” ни в какие связи или в отсутствии у меня подобной физической или моральной потребности в целом."
"Как и в случае с Талисом интуиция сразу однозначно давала понять, что поспешных выводов о личности брианца делать не стоит. И пусть он вроде бы не легкомысленный “игрок” и ведет себя почти безукоризненно, но что-то меня в Эйоре все же настораживает, а чутье советует сохранять с ним дистанцию.
— Наша Лайла сегодня будет петь и играть для всей команды, представляете? — проворковала переводчица, переключая внимание капитана на себя.
— То есть вы все же, как и ваши родичи, увлекаетесь всеми этими вещами? А я считал, что вы совсем другая и далеки от подобных глупостей, госпожа Боянова, — как-то странно поморщился мужчина.
“Вот оно!” — дошло до меня. — “Я-то тебе, может, и нравлюсь, но тебя все же коробит, что я сигойна”.
Что же, в таком случае мне просто жизненно необходимо спеть так, чтобы Эйор Альто видел: наследие ром во мне не искоренить.
Раз по-другому он просто не понимает и упорно делает вид, что мой отказ не повод прекращать свои поползновения.
— Ну что, госпожа Боянова, как настрой? Не передумали? — пророкотал сверху голос Лелуко Тада.
Несмотря на свои внушительные габариты, хольмин подошел к нам неслышно, протиснувшись сбоку от брианца. Улыбка на лице капитана завяла, он торопливо откланялся, как-то недовольно сообщая, что ему нужно срочно нас покинуть.
Это вызвало хмыканье шефа, недовольное сопение госпожи Маас и мой облегченный вздох.
— Боевой, господин Тад. Я готова, — я задрала голову вверх, глядя шефа на как можно уверенее. Мои слова являлись ложью чистой воды, но отступать я себе запретила.
— Что же, вижу-вижу, — кивнул мужчина на мой инструмент, спрятанный в портативную переноску, висящую на плече. — Тогда пойдемте ближе к подиуму. Скоро я объявлю ваш выход.
