Лиззи с Виктором было сунулись в кучу малу, но, получив локтями от старшекурсников, благоразумно решили подождать в сторонке, когда толпа схлынет.
– Я так нервничаю! – поделился Виктор, приобнимая Лиз, будто желал найти в ней успокоение. – По “Вампирам в популярной человеческой культуре” надо было назвать семь человеческих романов про вампиров, а я только пять вспомнил! И в билете по истории истых на второй вопрос не смог ответить.
– И что там было? – поинтересовалась Лиззи, со всей искренностью сопереживая своему жениху.
– В каком году Дома подписали Хартию о неразглашении! – Виктор запустил растопыренную пятерню в темные густые волосы.
– Ну, ты даёшь! – Лиззи поправила очки. – В 1916 же!
– Да я потом вспомнил, как из аудитории вышел, только поздно было! – убито проговорил Вит.
– Не переживай… – девушка с участием коснулась его руки. – Все будет хорошо. Уверена, ты набрал проходной балл!
За свои результаты Лиззи нисколько не боялась: она основательно подготовилась к сессии.
И если не блестяще, то очень хорошо справилась со всеми экзаменами. Вот только на даре показала не самый лучший результат, но не будут же ее выгонять из-за одного предмета? Вон, Гаспар Леоне даже на занятия не ходит, если кого надо и вышвырнуть из Академии, то ректорского сынка! От него стонут не только наставники, но и студиозы!
Правда, несмотря на дурной характер, Гаспар имеет десять сверхспособностей, а это ценится необыкновенно высоко. Самым большим количеством даров среди вампиров обладает сам ректор Академии – Константин Леоне.
У великого князя их двадцать, причем все как на подбор и управляет он своими дарами в совершенстве.
Постепенно гурьба разгоряченных студиозов стала рассасываться и Лиззи с Виктором наконец пробрались к заветной доске. На угольно-черном дереве, драгоценном гренадиле, они не сразу нашли прикреплённые свитки со своими фамилиями.
– Есть! – Виктор сорвал свой и принялся им размахивать. – Виктор Гвидо – сто восемь! Лиззи, ты слышала? У меня на целых восемь баллов сверх допускного! Ура! Лиззи? Лиз? Что с тобой?
Девушка, бледная, как полотно, крепко сжимала свой свиток, отчаянно надеясь, что у нее что-то со зрением.
Она даже очки сняла, трясущимися руками протерла стекла и надела снова, но это не помогло.
– Элизабет Бредфорд – девяносто восемь? – Виктор с недоумением заглянул в ее результат. – О, Лиз! Как же так? Ты недобрала всего два балла…
– Дар, – убито выдавила девушка.
