Ламира. Глаза цвета ночи

Только недавно пообещала себе не думать об этом, наслаждаться каждой минутой, которую суждено повести с принцем. И вот на тебе. Тело снова пробивает нервная дрожь. Айха, к слову, грядущая истерика ничуть не напугала. Он одним слитным движением снял с себя куртку, накинул мне на плечи и обнял.

- Как скажешь. Твое желание закон во всех мирах.

- Врун.

- Как скажешь. Спи.

Веки, как по приказу закрылись. Все, что успела почувствовать, прежде чем отключиться, это как голова ложится на что-то мягкое и к спине прижимается горячее тело.

Дворец айхов

Теневые коридоры дворца сегодня были пропитаны злостью. Артефакт, позволяющий Сабиру ходить тенями, покрылся тонкой коркой льда. Ноги увязали в тягучей серой массе. Стены дрожали. Он шел настолько быстро, насколько позволяли силы и немалый вес. Несколько раз коридоры пытались вытолкнуть его наружу. Маг с трудом удерживался в пространстве изнанки. В конце коридора его уже ждал высокий айх. Он снисходительно смотрел на попытки Сабира удержаться в темном пространстве.

В отличие от него, шпион не чувствовал давления изнанки. Несмотря на то, что Арат при рождении получил имя, его магической силы хватало на то, чтобы ходить теневыми коридорами. Эта маленькая особенность и позволила Арату получить императорскую метку."

"Сабиру айх не нравился. Он не доверял ему полностью. Впрочем, он никому не доверял. Даже себе. Сабир понимал, предать может кто угодно. В том числе и Иос, повязанный с ним кровью и лиммой. Но приходилось рисковать. Сейчас на кону стояла его жизнь.

И Арат был единственным, кого император мог допустить до ламиры.

- Плохо выглядишь. – Усмехнулся айх. – Тени не любят слабых.

- Его Величество злится. – Зачем-то попробовал оправдаться Сабир. Настроение императора всегда отражалось на теневых коридорах дворца. – Где она?

- В Апинах. – Арат заложил руки за спину. – Она слишком слаба для перехода.

- От ламиры нужно избавиться.

- Не боишься проклятья Богини?

Сабир не боялся. Он сделал все, чтобы прикрыть себя и от гнева императора, и от глаз Прародительницы.

- Это не твоя забота.

-В любом случае, сейчас к ней не подобраться. Халли не подпускает к ламире даже прислугу.

- И кто ей помогает?

Арат ничего не ответил. Толстяк его раздражал больше, чем смердящий вчерашним перегаром сапожник, с которым три дня назад пришлось разделить не только хлеб, но и бутыль низкосортной браги.

- Сиранцы сами заботятся о своих женщинах.

- Всегда знал, что они тряпки хуже айхов. – Сабир брезгливо сплюнул на пол.