Как только побратиму императора сообщат о твоей смерти.
- А почему я должна умереть?
Халли перевернулся на бок и лег так, чтобы я видела его лицо. Красивое лицо, с тонким шрамом и темными глазами.
- Все побратимы императора должны добровольно быть Храме. Если они будут знать, что ты жива, искреннего согласия не дадут.
- И как они проведут ритуал, если я якобы буду мертва?
Интриги никогда не были моим коньком. Мне никогда не хватало ума, коварства и выдержки, чтобы составлять многоходовки, манипулировать людьми, врать и в этом вранье не путаться.
- Насколько мне известно, один из побратимов императора уже приготовил тебе замену.
- Мою копию?
- Просто в храм приведут другую лимму.
Вот тут даже я, неопытная интриганка, возмутилась.
- Они дебилы?
- Что такое дебилы?
- Это те, кто не умеет думать. Они правда хотят привести вместо меня другую лимму?
Фирс не понимая моего возмущения прищурил глаза. К вискам побежали тонкие лучики мимических морщин. Уголки губ возмущенно опустились.
- Правда.
- А никого не смущает, что как минимум ты, знаешь, как я выгляжу?
Принц мгновенно расслабился и громко засмеялся.
- Тебя никто не увидит, кроме жрецов Богини. А они не знают, как выглядит настоящая ламира Кровавого Халли.
И мне бы порадоваться. Но женская натура наконец-то прорвалась наружу, проанализировала ситуацию и обиделась. Такой ценный элемент непонятного ритуала и такая халатность.
- Не понимаю, на что ты обижаешься. – Волк потер подбородок.
- Ни на что. – Отвела глаза в сторону.
Щеки запылали робким стыдом. – Что я должна буду делать ночью?
- Не знаю. В свитках указано, что маг – созидатель должен присутствовать в Храме. А что нужно делать, он поймет сам.
- Тебе не кажется, что это как-то глупо?
- Я не всегда понимаю, что ты имеешь в виду.
Он снова посмотрел на меня с такой жаждой, что в животе все потяжелело. Захотелось посильнее сжать бедра и зарычать от желания снова попробовать этого мужчину.
Замок айхов
- Ну?!
Три полные женщины стояли в тесной комнатке.
Помещение использовалось кухонной прислугой в качестве молитвенного зала. Единственного места, где их никто не станет искать. Одна из лимм уперла руки в пышные бока, выпятила вперед грудь и испепеляюще смотрела на магистра Рафа.
- Душа моя! – Залебезил старик перед женой.
- Ты знаешь что! Поговорил с мальчиком?
- Этот мальчик, уже три десятка лет, как император. – Напомнила Рамфу женщина в тяжелом платье цвета драгоценного рубина.
