Лапочки-дочки из прошлого. Исцели мое сердце

Растирает пыль между пальцами и кривится брезгливо. Мысленно делаю себе пометку - еще раз заказать клининг, только через другую фирму. Предыдущая прислала мне бездельников.

- Так, малышки, давайте в темпе! – хлопаю в ладони, подгоняя дочек. Но Вера реагирует на мое обращение и импульсивно вздрагивает. Нервная какая. Продолжаю тише и спокойнее: - Скоро Ярослава Ивановна подъедет.

- Мы хотим с Верой, - спорит Ксюша.

- Папа, не лугай Велу, - вступается за няньку Маша, думая, что я ее выгоняю. – Мы специально не спали.

Тянется к сестре, кивает ей, кривляется, а потом сама достает из-под Ксюшиной подушки тонкий телефон, явно не мой. Понурив головы, обе малышки подходят ко мне и отдают «добычу». Задумчиво прокручиваю трубку в руке, отступаю к Вере и указательным пальцев прохожусь по ее спине.

- Держи, - протягиваю телефон, прежде чем она успеет возмутиться.

Обезоруживаю ее. И увеличиваю расстояние между нами, пользуясь моментом, пока она задумчиво сканирует дисплей.

- Извини, пр-росто Вер-ра, - жалобно, нараспев тянут малышки, будто всю ночь репетировали, как будут просить прощения за свою шалость.

Лицо Веры озаряется улыбкой, но она прячет ее, сжимая губы и наклоняя голову. Прикрывает рот ладонью и сдавленно хихикает в нее. Проглатываю смешок и я, чтобы принять образ строгого отца, а затем сурово отчитать нашкодивших крошек:

- Я учил вас не трогать чужие вещи? – говорю размеренно.

- А Вера не чужая, - парирует Ксюша, но Маша толкает ее в бок и смешно шикает.

Не устаю им удивляться: развивались в одной утробе, родились вместе, растут бок о бок, а такие разные.

Мария младше сестры на несколько минут, но та еще хитрая лиса и подлиза. В то время как Ксения – девочка с тяжелым характером, который проявляется уже в раннем возрасте. Не поздоровится окружающим ее людям, и мне в том числе, если она… полностью пошла в меня.

- Марш умываться и чистить зубы, - указываю рукой на выход.

- Мне не нужно. Я домой, - спохватывается она, намереваясь сбежать, но я беру ее за локоть.

Всматриваюсь в мрачное лицо, сканирую темные круги под глазами и подтеки туши. Словно Вера плакала. Хотя с чего бы ей это делать? Скорее, вытерла макияж об подушку.