Лапти

Через некоторое время с улицы донесся голос вестового Данилы:

— На собр-ра-анья-а!

Тетка Елена усмехнулась Дарье:

— Слышь, что кричат? Вот тебе и спехтакль твой пропал.

А голос Данилы звенел уже близко:

— Баба-ам всем на собра-анья!.. Ситцу бесплатно выдавать будут. Кто раньше — семь аршин, а после ребенку на соску.

Подошел к окну Прасковьиной избы, постучал в наличники палкой:

— Комиссарша, тебе пуще всех надо.

Отодвинув намокшее окно, Дарья спросила:

Данила седые брови приподнял, глаза вытаращил:

— Поди да узнай.

Это по твоей части.

Данила ожесточенно плюнул:

— Наладила: кто да кто! Сама обыкновенна баба женскова сословья.

— И дурной ты, дядя Данила. Да по какому делу приехала?

— По самому важному. К примеру, мужьев бабам переменять.

— Вот тебе икона. Декрет привезла, подписи на месте, печать сбоку прилеплена.

Данила увидел в окне бабушку Акулину.

— Эй, здорово, бабушка! Все не умираешь? Зачем сюда забралась?

— Тебя, обормота, послушать.

— Аль больно с антиресом говорю?

— Уж такой антирес — семь верст и все лес.

Помело вот грязное ищу, да сослепу не найду.

— На што оно тебе? Может, я найду…

— Найди, Христа ради. По твоей харе разочка три проедусь, душу отведу.

Данила живот поджал от смеха, бабушка Акулина головой покачала.

— И что ты каждый раз зря орешь?.. Что на тебя уйму никакого нет?.. Ну, чего ты людям толком не объяснишь?

Ушел от окна, звонко бросив на весь порядок:

— Делега-атка приехала… Про бабьи дела всю ночь говорить собирается-а!..

Дарья встрепенулась.

Она вспомнила, что недели две тому назад комсомольцы ездили в город и просили прислать человека для организации в Леонидовке делегатского собрания. Стала звать баб в клуб, но они не шли. Запыхавшись, прибежал Петька, позвал Дарью:

— Пойдем скорее — приехала!

— И их зови, — указала Дарья на баб.

— Да, да, все пойдемте. Будет собрание женщин. Ты, мамка, обязательно иди.

— А их куда? — кивнула головой на ребят.

— Пущай и они идут. Недалеко. Да и не ты одна будешь с ребятишками.

Поднялись бабы и пошли, несмело оглядываясь по сторонам.

Бабушка Акулина плелась сзади всех и ворчала:

— Они туда-сюда, а меня куда леший несет?

Шел мелкий дождь наплывами, под ноги летели желтые листья осины, огненно-бордовые — клена и мелко рубленные, как лапша, — ветловые. Жестоко хлестал порывистый ветер, захватывая дыханье. Где-то, несмотря на ветер и дождь, тренькала «саратовка» и дробились визгливые девичьи голоса.

Клуб заполнен бабами, девками, мужиками, ребятами.