– Может, видела чего?
Устинья пробормотала себе под нос что-то неразборчивое, затем взяла в руки кружку и с громким хлюпаньем отпила из нее.
– Мы ведем расследование вчерашнего инцидента, – вступил в разговор Владимир. – Вы можете нам помочь…
– Машина взорвалась, – произнесла Устинья. – Ивашку Поликутина едва по стенке не размазало! Весь город уже об этом говорит.
– Так ты видела его машину?! – воскликнул Борис.
Старуха вздрогнула и злобно уставилась на него.
– Видела! – высоким голосом крикнула она.
– Сперва на стоянке, а потом уже в огне!
– Пока она на стоянке стояла, может, подходил к ней кто?
– Никто не подходил, – заверила полицейских старуха. – А что, нашли чего? Под машиной?
Она ехидно захихикала, скаля полусгнившие зубы. Шериф невольно поморщился.
– Ты об этом? – Макарский положил перед ней снимок со странным символом. – Видела, кто его нарисовал?
– Рогатый, – с уверенностью кивнула старуха. – Козлиная голова!
– Что? – не понял Мезенцев.
– Значок этот… – Устинья постучала длинным ногтем по снимку.
– Рогатая голова козла!
Символ действительно немного напоминал козлиную голову с торчащими вверх рогами.
– Только нарисовать его в любое время могли, – заметила старуха. – И не обязательно перед кинотеатром, дурачье!
Владимир понял, что она права. Нанести значок могли когда угодно.
– Знаешь, что он означает? – спросил Макарский.
– А кто ж не знает? Порча это, – со знанием дела заявила Устинья. – Метка для тьмы, чтобы знала, куда удар нанести.
А кто рисовал ее, не видела я. Может, и ползал кто рядышком… Темно там было… Не разглядеть уж с моими-то глазами…
– Порча?! – вскинул брови шериф. – Какая еще порча?
– Обыкновенная! Как в старину ведьмы на поселения проклятия насылали. Неужто не помнишь, старый хрыч?
Это адресовалось Макарскому. У старика вытянулось лицо.
– Думаете, кто-то мне поверит, если я заявлю в суде о насланной порче? – спокойно спросил Мезенцев.
– А мне плевать. – Устинья откусила большой кусок пирога и принялась тщательно его пережевывать.
– Хочешь верь, не хочешь – не верь. Только ты ведь и сам знаешь, что это правда.
– Что кто-то наслал порчу на Ивана Поликутина? – недоверчиво усмехнулся шериф. – С трудом верится, но…
– Сказал тот, кто к болотной ведьме за помощью ходил, – расхохоталась Устинья. Изо рта старухи на стойку полетели крошки от пирога.
Мезенцев удивленно взглянул на Бориса Макарского. Тот недоуменно пожал плечами.
