"
"– Есть роль крестьянки, которую Меншиков нашел в крепости и познакомил с царем, – заглянул в сценарий Олег. – Милана, хочешь ее сыграть?
– Не стану я играть какую-то крестьянку! Что у вас, получше ролей нет? – вспыхнула Поветруля.
– Я ее сыграю, – подняла руку Женя.
– Отлично, так и запишем, – усмехнулся Дубровский, делая пометки в сценарии. – Кстати, эта крестьянка потом и станет царицей Екатериной Первой.
– Что?! – взревела Милана.
Все так и покатились от хохота. Громче всех смеялся Седачев.
– Все было бы куда проще, если бы вы заранее читали сценарий, – сказал Олег. – Или хотя бы учили историю своей страны.
– Вот это подстава! – возмутилась Милана. – Не ожидала от вас такого коварства!
В конечном счете ее все же взяли на роль немецкой барышни Анхен. Милана сопротивлялась до последнего, но других ролей в мюзикле уже не оставалось, разве только в массовке. Пришлось согласиться, но Милана затаила кровную обиду на Женю.
– Ты у меня еще попляшешь, – процедила она сквозь зубы, обернувшись к Степановой.
– А я тут при чем? – не поняла Женя.
– Увела у меня роль царицы!
– Значит, я больше подхожу, – подбоченилась Степанова.
– О, я все поняла. Ты с самого начала так и планировала, поэтому и напросилась на эту роль! Ходи теперь да оглядывайся! Я тебе этого не прощу.
– Напугала! – закатила глаза Женя. – Как бы тебе самой не получить.
В это время Олег начал вызывать всех новоявленных артистов на сцену и раздавать тексты ролей.
Перепалка с Миланой прекратилась, но Женя не сомневалась, что продолжение последует. Поветруля была той еще врединой и никогда не забывала обиды.
– Тексты песен можете уже начинать учить, – объявил Дубровский. – Все фонограммы есть на флешке у Маши Коневой, она с вами поделится. На следующей репетиции начнем разучивать хореографию. Я сам буду с вами заниматься.
Половина девушек в зале тут же принялись ахать и вздыхать, бросая на него томные взгляды.
Тимофей тоже получил текст своей роли – несколько листов с диалогами, скрепленных пластиковой пружиной.
Поднявшись на сцену, он повернулся лицом к залу, чтобы представить, как все будет выглядеть в день премьеры. И только теперь заметил нового владельца кинотеатра Алексея Корфа. Тот сидел на последнем ряду в строгом черном костюме, почти неразличимый в полумраке, и неотрывно наблюдал за Зверевым. При этом на губах Корфа блуждала странная усмешка.
