Она так и заявила мне под смешки, услышавших ее слова, воинов.
В ворота Кордно ворвалась вражеская армия. Створки были сняты атакующими. Войско будто боясь не успеть на разграбление, влетело в коридор бревен. Бековские солдаты ожидали ближний бой, поэтому сменили луки на мечи и сабли. Конная армия, не ожидавшая увидеть врага, которого не достать не могла остановиться, так как сзади напирали свои же. Из наших лучников стрелять разрешили только особо метким, с указом убивать в основном тех, кто наиболее богато одет.
Это была моя идея. Надеялся обезглавить войско. Конница простучала копытами по бревнам аппендикса-дороги. Мне даже показалось, что веревки скреплявшие бревна дороги, не выдержат и сами, без нашей помощи разорвутся.
Дважды протрубил рог. Это был сигнал, означающий, что до площади добрались первые всадники. Там их встретили шквальным огнем. Мы ждали, когда вся эта толпа встанет из-за того, что впереди на площади битком набились воины, словно кильки в банке. Шум и ор стоял ужасный.
В нашу сторону уже летели стрелы. Кочевники поняли, что попали в западню и сменили оружие.
Снова протрубил рог. Мы начали перерубать веревки, скрепляющие бревна, являющимися основанием для аппендикса-дороги. Не сразу, но послышались предсмертные всхлипы. Там, где бревна держались и не освобождали пространство для падения в огромную яму-ловушку, усеянную кольями, образовывались щели, в которые попадали ноги лошадей, ломая их и увлекая за собой наездников. Буквально в считанные минуты образовалось кровавое месиво.
Лучники поливали стрелами выживших. Эса успела опустошить свой железный арсенал ножей. Мне стало дурно. Мой организм выворачивало наизнанку. Это зрелище кровавой каши не только на меня повлияло. Даже Эса, чуть переведя дыхание, отошла в сторону, упершись лбом в стену.
Ходот ритмично кидал копья в выживших хазарцев. На обвалившейся дороге погибло не менее тысячи людей. Еще примерно столько же остались зажатыми в капкане на площади.
Протрубил рог.
Финальный этап боя. Все наше войско отправилось к площади, чтобы расстрелять кочевников. На стенах не осталось никого. Остатки бековского войска вертелись у ворот и пускали в нашу строну стрелы. Неожиданно. Мы надеялись, что все сбегут после такой бойни. Но делать нечего – пусть захватывают город. Мы и так сделали максимум из возможного.
Добравшись до площади, я увидел горы трупов. Смешались и кони, и люди. На площади столпилась группа из трехсот харазцев.
