Ларс

Когда Гунульф узнал об этом, он с сотней своих варягов умчался на поиски Гостомысла. Здесь нужно отметить, что любовь и преданность словенов к отцу безмерна, поэтому, когда сотня врагов нашла рыбаков, один из словенов выдал себя за отца. Гостомысла же держали и пресекали его попытки выдать себя. К чести Гунульфа можно сказать, что он не стал глумиться над якобы Гостомыслом, а просто срубил ему голову. Своим псам он приказал убить свидетелей расправы. Отец получил удар топором в ключицу и рухнул как подкошенный.

Возможно, именно болевой шок и спас ему, в итоге, жизнь.

Гунульф, вернувшись с расправы над предполагаемым Гостомыслом, приказал захватить и разграбить Хольмград на следующее утро. Но битвы, как таковой не случилось, ночью кто-то открыл ворота города, а армия Гунульфа беспрепятственно захватила город. Жителей особо не трогали, если они не сопротивлялись грабежу. Воинов-хольмградцев рубили на месте. Снасильничав приглянувшихся девушек, варяги встретили утро в Хольмграде и ушли на север, растянувшись тяжелым и длинным обозом с награбленным добром.

На прощание Гунульф отдал приказ сжечь город.

К счастью, выжившие жители смогли потушить основные здания, когда враги покинули город.

Я позвал всех выживших дружинников. Их оказалось всего двести тридцать человек из когда-то полуторатысячной армии. Большинство из них было ранено.

Разбив людей на десятки и назначив им одного руководителя, как правило, самого опытного дружинника, я раздал указания по восстановлению города.

Десятками дружинников руководили десятники. Это звание было новым для словенского войска. Но, как выяснилось позже, такое разделение прижилось и, главное, понравилось дружинникам.

В первую очередь, я решил достать всех пострадавших из завалов, которые образовались в связи с обрушившимися балками сгоревших домов. Ага пригодился в качестве крана. Его силища была полезна и внушала уважение. Словены высоко оценили умения нашего немногословного Обеликса.

Всех убитых мы вывезли за город.

Там было сложено огромное количество погребальных костров. Тело Руяны лежало в середине этой процессии. Я еще долго буду вспоминать этот ужасный запах сгоревшей плоти. Изначально я хотел предложить закопать трупы, но Эса меня отговорила. Якобы это может не понравится тем, кто считает, что душа не сможет покинуть тело и попасть в Ирий.

Каждое утро я собирал свою команду и распределял текущие дела. Эса была назначена временным воеводой.