Ларс

Максимальное расстояние, на которое удалось отправить снаряды – 230 метров или, как здесь принято говорить – примерно 110 саженей. Обоз с требушетами был самым медленным, так как одних только противовесов было 12 тонн на четырех больших нестандартных повозках."

"Наша армия двигалась достаточно комфортно. Погода благоприятствовала. Да и настроение у людей было приподнятое. Я скакал в окружении «ближников» позади Радомысла и князей-союзников. Мне удалось с помощью плотника, помогавшего «создавать» требушет, создать для Радомысла протез.

Плотник сделал произведение искусства. Получив мерки и оглядев целую руку дядюшки, мастер выстругал за день шедевр. На протезе он изобразил даже морщины и заусеницы. Как же жаль, что нет лака, чтобы сохранить это произведение. Думаю, что в будущем я сделаю ему металлический протез. Будет Радомысл первым киборгом словенов.

Ухмыляясь незамысловатой шутке, я посмотрел на спину дяди. После получения подарка, он даже стал спину держать ровнее. А его благодарность в глазах сказала мне больше любых слов.

Дядя так растрогался, что обнял меня, когда получил с рук плотника подарок.

Вдохнув полной грудью аромат леса, в который мы вошли, я в который раз удивился чистоте вкусного запаха деревьев. Да, наша армия оставила свой запашок, но это другое. В этом веке природа необыкновенно прекрасна.

Мы двигались на север в сторону Ладожского озера. Немногочисленные путники, попадающиеся нам на пути, были вынуждены свернуть с дороги, пропуская длинный караван нашей армии.

На привалах Сокол и Куляба тренировались сами и поощряли остальных к этому действию.

В течение пяти дней мы подошли к предполагаемой ставке Гунульфа. Наш авангард встретился с разъездом гунульфова войска. Стычки не произошло. Стороны поспешили сообщить руководству о местоположении противника. К вечеру пятого дня мы подошли к берегу озера.

У нас был рисунок сражения, была предполагаемая карта расположения сил противника. Когда я воочию убедился в верности разведданных, моей улыбкой можно было ослепить слепого.

Все идет по плану. Я даже начал напевать себе под нос незамысловатую песенку.

Были опасения в том, что Гунульф приготовит сюрприз и переставит свою ставку. Но его самоуверенности можно только позавидовать. Он даже не приказал своей армии выстроиться в боевой порядок. Они как сидели у своих костров, так и продолжали бездельничать. Были какие-то мелкие телодвижения, но это совсем не было похоже на то, что враг готовится к бою.