- Меня просто удивило, что ваши предки думали так же, особенно в плане обучения женщин.
Асим подавил гнев.
- Несмотря на то, что вы могли слышать в каких-нибудь рассказах, многие из моих предков искали себе в супруги красивых, умных женщин, чтобы можно было наслаждаться их компанией.
- Именно поэтому я и хотела бы получить доступ к дневникам Зейнаб. Они будут бесценны…
- Нет. Мне кажется, у вас уже и так достаточно источников.
Асим сдержал улыбку, видя, как ее глаза вспыхнули.
- Дневники откроют новую грань проекту.
- Я понимаю вас, мисс Флэтчер, но предпочитаю держать такие личные материалы закрытыми.
Она встретилась с ним взглядом, лоб девушки был нахмурен.
Достаточно. Асим взглянул на часы. Было время для следующего совещания. Он отодвинул стул.
Жаки стояла, опершись ладонью о стол и наклонившись вперед. Как будто он был ей равным.
- Ваше высочество. Неужели вы не понимаете? Дневники могут дать материал для опровержения предположений вроде того, какое я только что сделала.
Асим задумался. Она права, черт возьми.
Если книга точно будет написана, то пусть она будет написана хорошо.
- Я обдумаю этот вопрос и обсужу с главным архивариусом.
- Я говорила с ним… Но если бы вы проявили к этому личный интерес…
Асим фыркнул от смеха, увидев ее настойчивость, прозрачность ее намерений. Жаки не принимала отказа, какой бы скромной ни пыталась казаться.
- Очень хорошо. - Он быстро принял решение. - Я взгляну на эти дневники, и, если это приемлемо, вам будет открыт к ним доступ под наблюдением.
- Он поднял руку, не давая ей выразить благодарность. - Я понимаю, что, хоть вы и говорите на нашем языке, читать свободно вы не можете, так что один из сотрудников переведет необходимые отрывки.
Жаклин Флэтчер очаровательно улыбнулась.
«Если ночью я вам понадоблюсь, я тут недалеко». Султан произнес это уже несколько дней назад, но слова по-прежнему терзали Жаки, пока она скользила по воде.
Неужели он правда поместил ее в комнату рядом с собой на случай, если Жаки будут мучить кошмары? Могла ли его забота распространиться и на нее? Едва ли.
И все же то, что он желал ее, было невозможно.
Жаки не питала иллюзий насчет собственной сексапильности.
Она всегда была неуклюжей пацанкой, вечно игравшей с мальчиками. Половое созревание началось у нее поздно. Она не та женщина, которая может привлечь мужчину вроде султана Асима, известного своей любовью к красоткам.
Жаки вспомнила, что в подростковом возрасте пару раз пыталась раскрыть секрет женственности.
