Боль боролась с негодованием, и Жаки смотрела на своего любовника. Мужчина, ставший ей ближе, чем кто-либо в ее жизни. Что-то сжалось внутри. Как он мог говорить такое после всего, что между ними было?
- Самира и Рания доверяли тебе. - Голос Асима звучал глухо. - И я позволил им общаться с тобой. - Он покачал головой. - Так скажи мне, Жаклин, каково твое оправдание? Деньги? Они заплатят кругленькую сумму за сенсацию. Или возможность вернуться в СМИ?
Жаки открыла рот, но не могла подобрать слов. Она сжала губы. Что толку оправдываться, когда он уже осудил ее?
С любым другим она бы попыталась, но с Асимом…
Наконец Жаки покачала головой.
- Нечего сказать? Ты меня удивляешь.
И все же Асим медлил.
- Позже, - предупредил он низким рычащим голосом, после чего ушел в ночь.
* * *
Асим вернулся к празднованию, приему комплиментов и поздравлений. Тем не менее он действовал на автопилоте, в голове у него была лишь женщина, которую он оставил в гареме.
Он ждал, чтобы она сказала, что произошла какая-то ошибка, ее вопиющее предательство было неправдой.
Ему хотелось доверять ей.
Вспышка света прорезала воздух. Асим смотрел из стороны в сторону, расслабившись, когда осознал, что это был последний залп пиротехников.
Но с осознанием пришло что-то еще. Что-то тревожное.
Только сейчас он вспомнил деталь, которой не замечал раньше. Когда он подошел к Жаклин и репортеру, Асим думал об их разговоре, о том, какие секреты она могла выдать. Теперь же в памяти всплыла ее напряженная защитная позиция, то, как она вздрогнула от звука фейерверка.
Она боялась резких, громких звуков. Жаки все еще страдала от травмы, нанесенной тем взрывом. Разве он не успокаивал ее неоднократно, когда она вскрикивала во сне?
Неужели она бы подвергла себя пытке фейерверками ради денежного вознаграждения от какого-то журнала?
Инстинкт подсказывал, что этот сценарий был неверным. Жаклин не стала бы так себе вредить. Асим нахмурился. Если бы она хотела продать свой рассказ, зачем делать это здесь?
Его взгляд переместился туда, где его сестра сидела с подругами и бабушкой.
Случайному наблюдателю Самира показалась бы яркой и веселой. Но Асим знал ее всю жизнь. Он слишком часто видел эту натянутую улыбку.
Сомнение пробежало по его телу.
Он вспомнил моменты, когда видел Жаклин и Самиру сидящими рядом, болтающими, как закадычные подруги. И редкую сияющую улыбку Жаклин, когда девушки были вдвоем.
Жаки сделала все ради Самиры.
Она смирилась с толпой и взрывами ради новой подруги.
