«Ну мы еще посмотрим, кто кого… Ишь! И наркомовой жене надерзил, не побоялся… а все почему? Потому что стоит за ним кто-то… кто надо… Вот и не боится никого, потому что знает – завсегда прикроют…»
– Куришь? – спросил Николай Михайлович, благоразумно решив навести мосты и протягивая собеседнику коробку папирос.
Опалин покосился на него и молча взял одну.
Они задымили, и, докуривая папиросу, Парамонов уже знал, что и как будет говорить.
– Проблемы у нас тут, конечно… Ну а что? – Он вздохнул. – Людей не хватает.
Отдыхающих с каждым годом все больше… Еще и знаменитости всякие приезжают. Маковский… тьфу, Маяковский недавно был… Пассажиры с иностранных пароходов на берег сходят. Которые приличные, те ничего, но ведь бывают и такие, которые выпьют лишнего, или подерутся, или забредут черт-те куда… И кто за все в ответе? Я, само собой. А теперь вон кино снимают. Я с самого начала предчувствовал: что-то случится, – доверительно сообщил Николай Михайлович, подавшись вперед. – У меня, брат, интуиция… Меня не проведешь!
«К чему он ведет?» – с вялым подобием интереса подумал Опалин.
Он видел, что начальник угрозыска побаивается его и стремится перед ним оправдаться, но не понимал причины, которые толкали на это Парамонова.
– Утопленник, которого вчера выудили из воды, как-то связан со съемочной группой? – спросил Иван напрямик.
– Вот это вопрос! – Николай Михайлович даже подпрыгнул на месте. – Молодец, Ваня, как ты сразу в корень-то… Я тебе честно скажу: выясняем. Покойник-то человек уважаемый был, архитектор.
Броверман его фамилия. На первый взгляд вроде между ним и киношниками никакой связи, но посмотри: нашли его, а через несколько часов – опять убийство. Скажешь, совпадение?
Опалин задумался.
Раз Парамонов уже установил личность утопленника, можно было не впутывать Варвару Дмитриевну и не сообщать то, что Иван от нее узнал. Поэтому он ограничился тем, что сказал:
– Проверять надо, с кем жертвы общались перед смертью. Искать свидетелей… Может, ты прав и эти дела как-то связаны.
Но что толку гадать? Факты нужны. Улики…
– Ищем, – кивнул Парамонов, доставая платок и вытирая им пот. – С ног сбиваемся. Но все упирается в людей. Карманники, сволочи, отвлекают очень, пока одного найдешь, все подметки стопчешь. А может…
– Что?
– Может, ты нам пособишь маленько? – заискивающе спросил Николай Михайлович. – Устроим тебя к киношникам, посмотришь изнутри, что да как… А?
– Я тут не на работе, – усмехнулся Опалин.
