Лавандовое утро

— О нет, подождите, — сказал он, видя, что она почти засыпает на стуле. — Вы должны поесть.

— Думаю, Хэмишу может показаться странным, если мы будем говорить на вы? Ты сейчас говоришь, как моя мать.

— Я воспринимаю это как комплимент, — сказал Дэвид, ставя перед ней большую тарелку с домашней пастой, сдобренной вкуснейшим соусом. — Ты должна съесть все это и выпить молока.

— Слушаюсь, сэр, — кивнула Эди.

— Чему ты улыбаешься? — спросил Дэвид, наполняя свою тарелку.

— Просто подумала о своей семье.

— Расскажи мне о них, — попросил он.

— Когда-то были богатые, — сказала Эди. — Но это в прошлом. Мы владели всем городом, но…

— Но что?

— Не имеет значения. Кажется, это было в какой-то другой жизни. Превосходная паста. Ты не хочешь открыть ресторан?

— А ты никогда не бывала в Нью-Йорке? Там на каждом углу итальянский ресторан.

— Он в порядке, как ты думаешь? — спросила Эди, кивая в сторону двери комнаты Хэмиша.

— Судя по его храпу, я думаю, он проспал целый день.

— Ты ужасный, — улыбнулась Эди.

— Да? Ты знаешь, как он оживил меня?

— Я видела, как он вытащил тебя из воды.

— Он наступил мне ногой на живот.

— Что?

— Вот так, — сказал Дэвид и стукнул ногой по полу. — И из меня хлынула вода вместе с ленчем миссис Петтигру.

Эди постаралась сдержать улыбку, но не смогла.

— А мы гадаем, почему Агги не торопится вернуться домой!

— Если бы я жил с ним, то ушел бы в армию, даже если бы был шестнадцатилетней девчонкой…

— Ладно, он не такой уж плохой.

— Ты и дня не провела с ним. Тебе стоило послушать его ворчание, пока ты работала в курятнике.

— И что он сказал обо мне?

Дэвид неуверенно покачал головой:

— Он сказал… Он сказал, что если бы у него была жена с такими ногами, как у тебя, он никогда не позволил бы ей мыть полы, особенно без швабры…

— Ты врешь…

— Клянусь, — сказал Дэвид и перекрестился. — Он хотел пойти и помочь тебе, но я отговорил его.

— И как тебе удалось?

— Я показал ему кулак, ты бы видела его испуганное лицо.

Эди рассмеялась:

— Так кто хуже? Ты или он?

— Надеюсь, что я, но он многое повидал за свои годы. — Дэвид увидел, что глаза Эди заблестели, он взял ее за руки и поднял со стула.

На какой-то момент они застыли, вся простота мгновенно ушла, и оба ощутили напряжение.

— Я согрел воду, можешь помыться, — сказал Дэвид, снимая напряженность, и повернулся к раковине. — Разденься, а я подержу полотенце.