Почесав робокота за ушком, Рика запустила его на прогулку и уже через минуту ситуация прояснилась. Пьянку Флинт совмещал с собеседованием на должность навигатора. Девица занимала должность пилота, и претендент ей не нравился — впрочем это было понятно даже по выражению ее лица. Сам кандидат то ли ничего не замечал, то ли игнорировал, и продолжал бурно расписывать свои навыки и достоинства. Минут через пять его таки вытолкали, в буквальном смысле, из-за стола. Место занял следующий кандидат и собеседование продолжилось.
Рика крутила в руке бокал, виски был ожидаемо дрянной, слушала болтовню Тэрри и Лээса, обсуждавших последние карнавальские гонки, и рассматривала команду Флинта.
Пилота она отмела сразу: такую надо ликвидировать первой, а колоть последней. Капитана тоже. Оставались механик — тощий парнишка, по виду едва переступивший порог совершеннолетия, хотя, скорее всего, он был-таки постарше, и амбал, выглядящий как типичный головорез. По словам Боба, он и был типичным головорезом из тех, верность которых покупается пополам деньгами и страхом, и то, пока вопрос сохранения шкуры не становится ребром.
Парнишку Боб охарактеризовал как мутного тихоню, который слишком много о себе мнит. Судя по интонациям, не любил он его чуть ли не больше капитана.
Подумав, Рика остановилась на амбале, с мутными тихонями часто возникают непредвиденные проблемы. Мелькнула шальная мысль сходить на собеседование, но Рика ее тут же отмела: если за Стивеном следили, то кто-то из команды вполне мог видеть ее в баре.
В общем-то, ничего страшного, но лучше держаться на расстоянии.
Отправив киборгам голографии всей команды, а робокота бродить по залу, Рика залпом влила в себя виски — опьянеть благодаря заранее принятым таблеткам ей не грозило — и задумчиво покосилась в сторону бара. К ее удивлению, Лээс немедленно вызвался сходить за новой порцией.
— А ты в курсе, что твой новый приятель гражданин Федерации, — поинтересовалась она у Тэрри когда альфианин отошел.
— В курсе, — приятель вздохнул, — он не шпион.
— Да я вроде ничего такого и не говорила, так, удивляюсь просто, что такой славный малый делает в этом бандитском вертепе.
— Твой сарказм, дорогая подруга, можно на хлеб вместо масла намазывать, — скривился Тэрри, — дурак он просто.
— И попал в дурацкую историю?
— История грустная, — Тэрри покосился в сторону бара, — он тебе сам расскажет, если захочет. Я даже не знаю, помнит ли он, что рассказывал ее мне.
