Лавка ведьмы «Сладкая жизнь»

Что мне ей сказать?

Молчание несколько секунд, затем неохотное:

– Скажи, что ни я, ни император не станем вмешиваться, если она начнет с организации школы для аристократов. Сможет там все создать как надо, потом и за другие классы возьмется.

В принципе, это было логично. Тем более, что аристократы считались самым образованным и самым либеральным классом. Не все, конечно. Но если начинать внедрять перемены, то именно в этой среде.

Лодия, услышав ответ утром следующего дня, скривилась, но спорить не стала.

– Расскажи об учебном процессе, – пристала ко мне Лодия. – Мне нужно знать, как правильно все организовать.

– В том мире нет магии, поэтому некоторые моменты тебя могут удивить. Здесь они не сработают, – предупредила я.

– Я помню, – кивнула Лодия. Ты, главное, детали расскажи.

Детали… Да если бы я знала те детали. Я никогда не работала в школе и понятия не имела, что и как там делается, каков учебный процесс с точки зрения учителя.

И тем не менее мы проговорили с перерывом на еду и чай несколько часов. Идея захватила Лодию с головой. Сестра Рональда расспрашивала меня о новых и новых подробностях. И прервались мы, только когда с работы вернулся Рональд. Он не стал слушать объяснений сестры и отправил ее сразу же порталом домой, заявив, что мне, беременной, нужен отдых от ее трескотни.

А через месяц среди аристократов пронесся слух о необычном учебном заведении, которое собирается открывать родственница солнечной ведьмы.

Я не спорила. Мне было не до настырной родственницы. Роды приближались, и мне становилось страшно…

Так как Лодия полностью увлеклась идеей создания школы, последние недели перед родами со мной частенько общалась свекровь. В отличие от своей дочери, она была полностью домашней женщиной, после замужества растворилась в семье и теперь была рада скорому прибавлению.

– Мы вызовем повитух, владеющих магией, – успокаивала она меня. – Они сделают все в лучшем виде. Мари, не бледней. Рожать все равно придется.

Да, к сожалению, придется. Ребенок вылезет из меня, хочу я того или нет.

Я вздохнула, тяжело так, с надрывом.

– Мари, – с укором покачала головой свекровь.

– Я трусиха, знаю… Но все равно страшно, мама, – призналась я.