Лебединая песня. Любовь покоится в крови

В любом случае, в интересах Гэлбрейта было подождать, пока Сомерс сделает свою работу; а когда это случилось, он проследовал за ним в учительскую комнату и застрелил из револьвера.

После убийства Гэлбрейт разгадал замысел Сомерса и понял, что сфабрикованное им алиби пригодится и ему. Он закончил прогревать отчеты, не проявленные Сомерсом, сломал его часы — по причинам, о которых я говорил выше, — отдернул шторы, чтобы комната выглядела так же, как в момент ухода Уэллса и Этериджа, и забрал у Сомерса сто фунтов и соглашение о сделке, стараясь замести следы.

Но Гэлбрейт совершил три грубые ошибки. Во-первых, вытерев часы и оставив на них отпечатки пальцев Сомерса, он надел их на другую сторону руки. Во-вторых, обыскивая труп, он или не заметил, или не понял важного значения листа промокательной бумаги, лежавшего в кармане Сомерса. В-третьих, уходя из комнаты, — это кажется почти невероятным — оставил включенным электронагреватель.

На часах в тот момент было примерно между половиной одиннадцатого и без двадцати пяти минут одиннадцать.

В десять тридцать пять Гэлбрейт позвонил капеллану из телефонной будки у ворот. Сомневаюсь, что он успел бы убить Сомерса и разобраться на месте преступления, когда появился в вашем кабинете. Кстати, именно поэтому я настаивал, что Сомерс вернулся от Лава к половине одиннадцатого. Далее возникает вопрос, на который можете ответить только вы. Проблема с размещением гостей в капелле — она была подстроена?

— Нет, — покачал головой директор, — проблема действительно существовала, и Гэлбрейту не пришлось ее выдумывать.

Возможно, ему было не обязательно обращаться ко мне, но то, что он это сделал, не противоречило обычной практике.

— Ясно. Значит, история просто подвернулась вовремя. Выйдя из учительской, он должен был обеспечить себе надежное алиби от без четверти одиннадцать и дальше. Ваш Календарный комитет пришелся как нельзя кстати. Не говоря обо всем прочем, у вас было железное алиби по обоим преступлениям, поэтому полиция могла вам верить.

Гэлбрейт позвонил капеллану, чтобы найти повод для позднего визита, немного подождал, сделав вид, будто идет из собственной квартиры, и появился как раз в тот момент, когда заседание комитета почти завершилось.

— Но не мог рассчитывать, что я буду говорить до бесконечности, — словно оправдываясь, пробормотал директор.

— В этом не было необходимости. Гэлбрейт знал, что Уэллс найдет тело Сомерса в одиннадцать, а жена Лава обнаружит тело мужа в десять сорок пять.