Даф ловила Депресняка, которому вздумалось поцарапать когтями мрамор. На мраморе оставались следы.
Мефодий оглянулся. Платформа уже наполнялась народом. Некоторые удивленно поглядывали в его сторону. «Неважно... Легендой больше, легендой меньше», – подумал Меф. Он разбежался, подпрыгнул и, пройдя сквозь зеркало, пропустившее его с некоторым затруднением, оказался по ту сторону.
Руна медленно растаяла. В зеркале появились станция с пассажирами и круглые зрачки приближавшегося из тоннеля поезда.
* * *– Где мы? – спросил Меф.
Ни поездов. Ни пассажиров. Только лампы горят в пустоте, высвечивая уходящую вдаль платформу.
– Да нигде особенно. В заглоте, – сказал Арей небрежно.
– В заглоте?
– Параллельные миры параллельны только в теории. На деле же магические поля иногда пересекаются. В результате часто случается так, что на пересечениях миров возникают дубли. Так называемые междумирия или точки перехода. Разумеется, такие дыры мы затыкаем, но на всякий случай запоминаем точки входа и выхода. Они, кстати, редко совпадают.
– Почему редко совпадают?
Арей подошел к врезанной в стену скамье. Всунутая горлышком между деревянными планками, в ней торчала пустая бутылка из-под ситро, которое не выпускалось уже лет двадцать. Должно быть, бутылка была на настоящей станции в день, когда заглот возник, и, продублированная, осталась навеки.
– А нипочему. Просто не совпадают и все, – ответил барон мрака. Похоже, он никогда не задавался таким вопросом.
– Смотри!"
"Арей подошел к стене и, не жалея меча, ударил по сероватому с искрой мрамору, который почему-то так довлеет над воображением архитекторов метрополитена.
Клинок прочертил на мраморе длинный, сразу затянувшийся след. Меф невольно посмотрел вниз, на ту плиту, которую Депресняк драл когтями. Да, так и есть. И там узкие шрамы на мраморе успели закрыться.
–Заглот– странное место. Место вне всего, ничейная земля. Повредить заглотунельзя и нарушить здесь тоже ничего нельзя. Разбей бутылку, сдуй паутину, сдвинь хоть соринку – все восстановится и вернется.
Даже наши способности тут ослаблены, – сказал мечник.
– И мои? – недоверчиво спросила Дафна.
– Разумеется. Откуда ты, Даф, черпаешь твои силы? – спросил Арей.
Даф замялась.
– Вы же знаете откуда. Их вызывает флейта, – сказала она.
Арей опустил меч, не возвращая его в ножны. Лезвие было тусклое, с зазубринами. Выглядело тупым. Не верилось, что им можно в принципе что-то перерубить. Но так казалось лишь тому, кто не ведал страшной силы кистевого удара Арея.
