Я кивнул:
– Приятно иметь дело с умным человеком.
– И раз ко мне не пришли и не спросили, значит, эти знания из разряда тех, которыми я делиться не хочу и не могу. Но ты все же здесь. Выходит, дело не касается безопасности Форта. И наших общих знакомых не касается тоже…
Я буквально слышал скрип, с которым крутились ролики в голове Смирнова, а потом он откинулся на спинку и забарабанил пальцами по краю столешницы.
– Старый дурак! – выругался Петрович. – Скука его замучила! Развлечься захотелось! Знал же, что проблемы будут!
– Тихо сам с собою я веду беседу? – пошутил я.
Смирнов сграбастал бокал и указал на дверь.
– Пойдем воздухом подышим.
Я взял пиво и первым вышел на крыльцо. Петрович последовал за мной, приложился к запотевшему бокалу, затем крякнул от удовольствия и вытер губы тыльной стороной ладони.
– Я не могу, Лед. Просто не могу.
– Не хочешь спросить, что именно от тебя хотят узнать? – хмыкнул я, сделав глоток холодного светлого пива.
– Да все и так ясно! – отмахнулся Смирнов, хмуро глянул на меня и вдохнул.
– Ладно, Лед, что тебе от меня надо?"
"– Карта, Билли! Нам нужна карта! – не отказал я себе в удовольствии процитировать известную книгу.
– Вот! – немедленно ткнул в меня пальцем Петрович. – Я так и знал!
– И?
– Не могу. Подписку о неразглашении давал.
– Ну да, – фыркнул я. – Подписка – это святое.
– Ну тебя, Скользкий! Не могу, сказал. И точка.
Я отпил пива, огляделся по сторонам и уточнил:
– А если мне не нужна вся карта? А только ма-а-аленький ее кусочек. Очень маленький и никому сто лет не нужный.
Смирнов покачал головой:
– Нет, Лед, и не уговаривай.
Я рассмеялся:
– Петрович, ты ведь не только подписку о неразглашении давал. У тебя и другая подписка имеется. Сечешь?
– Продолжай, – потребовал Смирнов, наморщив высокий лоб.
– Я прихожу к тебе, и прихожу не сам по себе. Меня кто-то направил. И этот кто-то уже знает о карте. Крупный игрок. Игроку интересен кусок карты. Эта важная информация? Важная, не спорь. По уму, тебе надо сообщить об этом Доминику.
Но вот незадача, ты не знаешь, из-за какого именно куска весь этот ажиотаж. И только я могу рассказать тебе о нем.
– Ты меня разводишь!
– Пф! – фыркнул я. – Я просто не оставляю тебе выбора! Это же очевидно!
Петрович отвернулся и какое-то время молча пил пиво.
– Это важная информация, – согласился он. – Но у меня нет карты. И отнюдь не фотографическая память. Если ты скажешь, какой квадрат тебя интересует…
– Брось, Петрович, – не поддался я на эту уловку.
