Леди 2XL. Худеть не буду!

— Твоя берлога надёжно защищена, — впервые вижу такую дверь, больше напоминающую сейфовую.

— Не поверишь, но ты первая, кто обратил на неё внимание, — хрипло посмеивается надо мной, проворачивая массивный ключ в замке.

— Михаил Михайлович, сейчас не время вспоминать о всяких мамзелях, — щипаю его за бок. — Я всё понимаю, что вы вели активный сексуальный образ жизни. Чистые простыни и отсутствие женских волос на подушках – большего не прошу.

— Что-то мне подсказывает, что вы, Серафима Ильинична, очень ревнивая девушка.

— А вы, Михаил Михайлович, чуткий человек, — растекаюсь лужицей под его ногами, когда он мягко подталкивает вперёд.

Первый шаг в неизвестность всегда будоражит все органы чувств. Подталкивает к безрассудству. Чувствуешь себя увереннее, чем когда-либо. С Потаповым я прыгаю головой вниз без страховки. Это… ЗАВОДИТ!

— Будьте как дома, Серафима Ильинична, — щёлкает выключателем.

Большая прихожая заливается ярким светом от многочисленных лампочек в натяжном потолке.

— Так и привыкнуть можно, что ссаной тряпкой не прогоните, — оглядываюсь по сторонам, попутно скидывая обувь. — Гостевые тапочки есть?..

— На самом деле, у меня не часто бывают… — прокашливается в кулак, словно очень-очень волнуется. — Одноразовые, кажется, где-то есть. Подожди пару минут, — галантно целует тыльную сторону ладони.

Хотела сказать из разряда нашего «вездесущего женского»: — «Не напрягайся, мне уже хорошо».

Только вот «этого» лучше не делать. Раз скажешь, два – на третий мужчина не захочет проявлять гиперопеку над женщиной.

Зачем ломать себе кайф?.. Наслаждайтесь им.

После того, как мы разобрались с тапочками, я прошлась по квартире. Две комнаты и одна большая гостиная. На кухне «холостяцкий режим». Что меня больше всего поразило, сейчас озвучу.

— Серьёзно?!. — раскладываю на столешнице одну суповую тарелку, одну вилку, одну столовую ложку и одну кружку.

— Меньше мыть, — пожимает плечами он. — Завтра же попрошу свою сексуальную секретаршу заказать весь инвентарь. Вот, что приглянётся её светлому взору, то пусть заказывает. Хоть на десять персон.

— Почему же завтра?.. — загораюсь идеей всё здесь обустроить с «шиком».

— Потому что сегодня, Серафима Ильинична, вы будете стонать от наслаждения и забудете обо всём.