Вы забрали у меня все!
— Он начал заводиться, кажется, действие артефакта ослабевает, — услышала я отца. — Вряд ли мы узнаем больше, не стоит рисковать. Включай экран, пора его брать.
— Друг? Ты имеешь в виду своего опекуна? Да я даже не знаю, о ком ты! — если целью Эдгара было вывести Натана из себя, то у него это вышло.
— Вы мерзкие кровопийцы! Вы даже не помните тех, кому сломали жизнь! У кого ее отобрали!
— Как, например, отобрали жизнь у моего отца и брата?
На это Натан только рассмеялся, его смех пробирал до мозга костей.
Так смеются только сумасшедшие. А потом он резко вскинул руку и попытался направить на Эдгара магический удар, но у него не вышло. Вся магия в комнате была заблокирована. Осознав, что произошло, Натан бросился на принца. Но Эдгар сдвинул пресс-папье на столе, и прямо перед ним в полу образовался провал, отгородив его от нападающего. Винтерстил чудом смог удержаться и не упасть. В комнату ворвались стражники, Натану некуда было бежать и нечем было отбиваться.
Он огляделся, усмехнулся криво и молча шагнул в пропасть. Эдгар перевесился через стол и заглянул туда.
— Мертв. Там вбиты колья. Никаких шансов."
"Неужели это все? Я еще никак не могла поверить, что все закончилось. Угроза была так серьезна, а концовка у нее вышла водевильная. Поэтому я продолжала следить глазами Эдуарда, боясь оставить всех хоть на минуту, словно опасность может вернуться. Панель передо моими глазами отъехала в сторону, и Эдуард стремительно подошел к Эдгару.
Братья обнялись.
— Жаль, Липучку не взяли, ей бы понравилось, — как обычно Бриан дал мне высокую оценку. Ну, спасибо!
— Она в покоях, сидит под охраной. Хотя я до последнего боялся, что она придумает, как нас найти, — признался Эдуард. Отец понимающе хмыкнул.
— Ты сегодня был с ней груб. Зачем ты так? — вступился за меня принц.
— Я сказал что-то неучтивое? — тон короля похолодел на несколько градусов.
— Ты подразумевал, и мы все это поняли! Она такого не заслужила! И ты серьезно насчет цветов?
С цветами я переборщила, конечно.
Требовать у короля подарки и цветы может только фаворитка. Слова Эдуарда можно было расценить как подтверждение статуса любовницы.
Иден прервал возмущенного Эдгара, положив ему руку на плечо.
— В отношениях Амелии и Эдуарда не так просто разобраться, как тебе кажется. А уж в том, кто и что сказал, я бы даже не пытался. Цветы там или фарфор. У них свой язык, они разберутся.
