"
"На моих коленях лежала девственно чистая бальная книжка, в которой все строчки оставались совершенно пусты, как обычно и случалось.
– Но, право, сэр... - попыталась было я отговориться от чересчур настойчивого кавалера.
Однако – удивительное дело! – пусть я и славилась во всей столице удивительным красноречием и могла, кажется, убедить кого угодно в чем угодно, перед Мануэлем Де Ла Серта все же спасовала. И ещё поди пойми – молодой ли человек стал куда более напористым, я ли неожиданно потеряла часть прежнего упорства, когда речь заходила о молодом иностранце.
Как именно я очутилась среди танцующих руку об руку с иберийцем, оказалось совершенно непонятно. И это был не просто танец – треклятый вальс! А ведь вальс в свете считался весьма откровенным и едва ли не компрометирующим танцем, который совершенно не подходил благопристойной леди Еве…
И который я превосходно умела танцевать, что не укрылось от моего партнера. Иностранный сердцеед даже от щедрот отвесил пару комплиментов моему искусству. Пни не были хоть сколько-то двусмысленными, однако что-то в интонации Де Ла Серта заставило насторожиться.
Однако на одном танце мои злоключения не закончились.
Каким-то сверхъестественным способом молодой человек втянул меня и во второй танец, не то чтобы игнорируя мои пpотесты… просто словно бы не замечая их. Или мое сопротивление сочли извечным женским кокетством и для убедительности стоило возмущаться активней?
Если после вальса на нас искоса поглядывали, то во время котильона уже откровенно глазели и даже заинтересованно перешептывались.
Два танца подряд с одной и той же девицей – это уже довольно красноречивый жест и повод для сплетен в свете. Учитывая, что прежде Мануэль снисходил до меня крайне редко и с явной неохотой, нынешнее поведение иберийца только подогревало интерес собравшихся.
Я пыталась обнаружить среди гостей брата, родителей или хотя бы Эмму, чтобы защититься при помощи родственников от ведущего себя откровенно странно и вызывающе Мануэля Де Ла Серта. Но как назло никто на глаза так и не попался.
Не применять же колдовство при стольких свидетелях, в самом деле!
«Не везет, Звездочка», - от всей своей мертвой души потешалась над моими бедами Тшилаба. Хоть кто-то наслаждается происходящей нелепой комедией. Жаль только, что радовалась только моя злобная мертвая прабабка.
Когда с лукавой улыбкой Мануэль пригласил меня на третий танец пoдряд, я уже вскинулась, готовая сбежать от настойчивого молодого человека любой ценой.
