И по всему выходило, это на мне женился треклятый Мануэль Де Ла Серта… Уж не знаю, с чего ему вообще пришла в голову настолько безумная мысль.
А уж то, что мы находились в церкви,и бледный молодой священник переводил испуганный взгляд с меня на иберийцев, снимало всякие сомнения в сути случившегося.
Мануэль Де Ла Серта взял в жены шувани Чергэн, цыганскую ведьму.
Быть может,ибериец учудил такую выходку назло кoму-то. Быть может, что и мне-Еве.
Никогда ещё не доводилось попадать в настолько идиотскую ситуацию…
Когда же я полностью осознала, что произошло и на какой именно вопрос я не так давно неосторожно ответила «да»… захотелось вопить во все горло, а, возможно,и не только вопить, но и пустить кровь мерзавцу, который похитил меня, приволок в церковь, а после ещё и при помощи уловок заставил стать его женой.
Но чего ради сыну маркиза Де Ла Серта, богатому иберийскому аристократу, вступать в брак с бедной цыганской шувани? Чего ради такому молодому человеку поступать настолько глупо и опрометчиво, при этом без какой бы то ни было выгоды для себя?!
Наверное, я бы задала все эти животрепещущие вопросы Мануэлю, но в этот момент дверь церкви с грохотом распахнулась, и на пороге возник злой как псы Дикой охоты Эдвард.
Второй не стал задавать никаких вопросов, не стал ничего выяснять: увидел меня, священника рядом с кафедрой – и этого моему брату было вполне дoстаточно, чтобы учинить расправу над Де Ла Серта.
Сперва мой близнец изо всей силы врезал в ухо младшему из сыновей посла, а после уже всерьез взялся за старшего.
Никогда прежде не приходилось видеть Эдварда, своего вечно насмешливого Второго, в такой чистой первозданной ярости. Он казался берсерком, готовым уничтожить врага несмотря ни на что.
Теодоро сперва отлетел в сторону, а после кинулся оттаскивать разгневанного Эдварда от Мануэля."
"– Дружище. Хватит! Стоит ли поднимать такой шум из-за уличной девки. Тем более, мой брат обошелся с ней достойно. Взял в жены. Не пойму, правда, зачем ему это понадобилось…
Разумеется, попытка успокоить моего близнеца успеха не возымела.
Брат зарычал сквозь стиснутые зубы и снова рванул в бой с явным намерением лишить жизни старшего Де Ла Серта. И вот этого позволить было никак нельзя.
Тут к Эдварду кинулась уже я сама, надеясь усмирить гнев Второго.
Да, Мануэль поступил со мной и в самом деле непростительно, гадко, однако развод в нашем случае все равно остается предпочтительней скоропостижного вдoвства.
