По протоколу не полагалось давать совета, пока об этом не попросят, однако ее величество заметила неподдельную пылкость Пэнси и, поняв, что та хочет оказать своей королеве добрую услугу, не придала значения этой вольности и, улыбнувшись, сказала:
– У вас, леди Пэнси, прелестный вкус. И я, пожалуй, последую вашему совету.
Платья унесли, и когда они опять остались вдвоем, королева с грустью произнесла:
– Я прекрасно понимаю, что далеко не красавица, и никакими туалетами не смогу изменить свою внешность."
"В тоне и голосе королевы звучало столько затаенной печали, что у Пэнси мгновенно на глаза навернулись слезы.
– Ах нет, ваше величество, – горячо возразила она. – Вы не должны так говорить. Ведь красота бывает разной. И еще я хочу сказать, доброе сердце и ум делают ваш облик неповторимым. Я имею в виду одухотворенность и неземную хрупкость.
Королева в ответ покачала головой, хотя была явно тронута искренностью фрейлины.
– По отношению ко мне вы, леди Пэнси, всегда такая искренняя и столь преданная.
Я благодарна и вам, и вашей тетушке за проявленные ко мне добрые чувства, которые вы проявляли с того самого дня, как я ступила на землю Англии.
– Вы оказали нам высокую честь, ваше величество, позволив служить вам, – ответила Пэнси.
И по тому, каким тоном она это сказала, можно было понять, что слова ее не просто дань вежливости.
– Мы очень рады, что вы живете здесь, в Уайтхолле, – продолжала королева. – И поверьте мне, с моей души упал тяжелый камень, после того как с вас сняли ужасные обвинения.
– Благодарю вас, ваше величество!
– Правда, вам пришлось многое пережить – вы осунулись, побледнели, леди Пэнси. Под глазами темные круги, которые я раньше не замечала, – добавила королева.
Пэнси сразу же решила: долгожданный момент настал. Сейчас надо без утайки поведать королеве, какая тяжесть у нее на сердце! Если ей удастся объяснить все королеве и склонить ее на свою сторону, тогда и с королем будет намного легче разговаривать. Пэнси не забыла, какую отповедь получила она от его величества на прогулке в парке, после того как Филипп Гейдж отправился арестовывать Люция.
Страх пронзил ее, она растерялась, не зная, с чего начать, как подступиться, хотя не сомневалась, что королева отнесется к ней с пониманием и сочувствием, – несмотря на молодость, королева Екатерина была умная и рассудительная женщина с добрым и отзывчивым сердцем. Ее величество не оставит без внимания любую просьбу, поможет, утешит и сделает все, что в ее силах.
