– Нельзя выразить словами, какое значение имел этот дом для отца, дом, олицетворяющий историю нашего рода. Сердце старика было разбито, когда Ричард погиб и не мог наследовать поместье. Перед смертью отец сказал мне: «Ричарду судьбой было уготовано погибнуть. Он отдал жизнь за короля, верно и преданно служа короне, как служили все Вайны с самого основания нашего рода. Род Вайнов не умрет. Я знаю это и спокойно закрою глаза». – Голос Пэнси задрожал, но она сурово продолжала: – Преемник отца – вы, теперь вы – маркиз Стейверли, признают это или нет.
Вы не должны с такой легкостью отказываться от того, что вам принадлежит по праву рождения.
От полноты чувств она трепетала, и когда Люций направился к ней, девушка не сразу поняла его намерения. Кузен же опустился на колени и, взяв ее руку, поцеловал:
– Простите меня. Я смеюсь над самыми святыми вещами только потому, что, если буду относиться к ним серьезно, не смогу сдержать слез. Стейверли значит для меня так же много, как и для вас, Пэнси, и для всей нашей семьи.
Я люблю это место и, если потребуется, умру за него. – Он еще раз поцеловал руку девушки и поднялся: – Благодарю вас, маленькая Пэнси!
– За что? – удивилась она.
– Вы на несколько минут заставили меня поверить, что я все еще что-то значу, что я не просто отверженный разбойник, лишенный друзей, общества, нормальной жизни.
– Но это неправда! – горячо возразила Пэнси. – Да, вы разбойник, за голову которого назначена высокая цена, но ваши поступки имели свою причину. Преданность королю сделала вас изгнанником.
Теперь, когда король опять на троне, разве нельзя попросить у него прощения и получить отмену приговора, как это сделали многие другие?
– Прекрасная идея, но, увы, неосуществимая. Моя голова слишком дорого стоит, маленькая кузина. Тысячу гиней! Что поделать, мои преступления стали легендой и каждый день я совершаю новые. У меня много врагов, которые позаботятся, чтобы мое прошение попало в руки его величества слишком поздно.
– Я сама, своими руками передам прошение королю, – убеждала Пэнси, но кузен в ответ только качал головой.
– Я не хочу, чтобы моя мрачная тень пала на вас.
– Вы не понимаете, – умоляла Пэнси. – Вас должны помиловать. Надо найти возможность объяснить королю, чтобы он понял и простил вас, иначе…
– Иначе?…
– Рудольф найдет способ отдать вас в руки правосудия. Если не удастся сейчас, попытается снова, он давно это замыслил. Между ним и Стейверли – только вы, он использует всю мощь закона, чтобы уничтожить вас.
