Рудольф расположился в бархатном кресле с высокой спинкой и наблюдал за ней тревожным взглядом. Их отношения стали натянутыми. Рудольф горел желанием вымолить у Пэнси прощение, если он чем-то обидел или оскорбил ее, и в то же время был зол и раздражен, поскольку подозревал, что Пэнси от него что-то скрывает."
"Когда он приехал с визитом, в гостиной, кроме кузины, находилась леди Дарлингтон, и велась обычная светская беседа. Вскоре, к радости Рудольфа, графиня сказала, что должна отдохнуть перед вечерним приемом. Открыв тетушке дверь и поцеловав на прощание ручку, он повернулся и заметил, что Пэнси перебралась с дивана на подоконник.
Девушка сидела с безразличным видом, обескуражившим его, хотя он не сомневался, что этот вид – всего лишь маска, а на самом деле она встревожена.
Взяв стул, он сел рядом. Рудольф долго подыскивал подходящие случаю слова. Теперь, когда они остались одни, разговор непременно должен затронуть бурные события минувшей ночи.
– Вы, должно быть, устали, – начал он неторопливо.
– Напротив, я спала до полудня и хорошо отдохнула.
Пэнси, не отрываясь, смотрела на реку, и Рудольф не выдержал, встал и, усевшись на подоконник рядом с ней, взял ее руку в свою.
– Я хочу извиниться перед вами, – произнес он тихо.
Ее пальцы были холодны и безучастны.
– Спасибо, – ледяным тоном отозвалась Пэнси.
– Вы должны выслушать меня, – не сдавался Рудольф. – Я не виноват в том, что случилось прошлой ночью. Предположив, что банда разбойников захватила дом, я рассказал о своих подозрениях сэру Филиппу.
Тот сразу приступил к действиям. Я уже не мог отказаться от своих слов. Согласитесь, это выглядело бы, по меньшей мере, странно. Разрушения, причиненные солдатами, и их грубость непростительны, однако я был только невольным участником неудавшейся попытки поймать преступника.
Пэнси отняла руку и наконец взглянула на него:
– Нет никакой необходимости рассказывать все это, кузен Рудольф. Я хорошо знаю, почему вы поехали в Стейверли.
Скрытый смысл ее слов заставил Рудольфа покраснеть, но он посмотрел ей в глаза и сказал:
– Вероятно, мы выбрали не лучшую ночь, застав вас там.
– Мне было крайне неприятно.
– И вы находились там совсем-совсем одна?
– Почему вы спрашиваете?
Его губы тронула едва заметная улыбка, придавшая взгляду уверенность. Пэнси сидела очень прямо, глаза были спокойны, но у ключицы билась маленькая жилка, что не ускользнуло от внимания Рудольфа. Мгновение он смотрел на нее, а потом медленно вытащил из кармана маленький предмет.
