Леди и Тиран

Единственное, о чем король думал, что оставалось его якорем, была Рената. Он боялся ее разбудить. Единственное, о чем думала Рената, это Тиран. Она боялась, что источник короля не выдержит магической бури, и он умрет. Она бросила все свои силы на то, чтобы снова спасти короля. И вот, спустя то ли десять минут, то ли час, дыхание мирата выровнялось. Король мутными глазами посмотрел на нее и сказал:

―Анита…

Тиран потерял сознание. Уснул. Леди несколько минут смотрела на мирата, пытаясь справиться со всем, что только что с ней произошло.

А потом, тихонько слезла с кровати на пол, и в одной сорочке, босыми ногами, пошла в сторону гардероба. К той самой потайной двери, с помощью которой ушла из этой спальни в первую ночь их знакомства.

Глава 26.

Рената

Охрана, которая в этот раз стояла у дверей, удивилась увидев меня босую и в одной сорочке. Правда, задавать вопросов никто не осмелился. Переглядываясь стражники открыли дверь. Я молча вошла в комнату и осмотрелась.

Внутри было тихо и чисто. Как будто несколько часов назад здесь ничего не произошло: все вещи на своих местах, сундки, которые принесли от короля ― разобраны, даже постель заправлена.

Я стояла растеренная, возле двери, борясь с желанием расплакаться от обиды и ревности. Держалась из последних сил, убеждая себя в том, что это всего лишь усталость и стресс, а не настояще чувства. Ничего удивительного, что король мне понравился: богат, красив, влиятелен. А я за этот год, надо признаться, даже дружеских объятий не видела.

Жила среди змей и монашек. А тут сам король прибежал спасать. Хотя, мог бы не допустить того, чтобы убийцы ходили где попало. С безопасностью здесь объективно были проблемы.

И вроде, мне уже удалось себя убедить в том, что ничего страшного не произошло. Могла бы и без руки остаться, или без лица, или вообще умереть. А то, что у Тирана случился приступ из-за первой любви… Это вообще ничего не значит для меня. Он взрослый.

Она была его истинной. Может, и осталась? Если нити действительно разорвали без ее согласия. Кто я вообще такая, чтобы вмешиваться?

В собственной голове это звучало разумно и убедительно. Даже вспомнила давно забытый инстаграмм, синдром спасателя и то, что созависимые отношения никого до добра еще не доводили. Но тут из под кровати появилась недовольная голова Бухтенвиля:

― От тебя одни неприятности, женщина! ― зло выплюнула черепаха.